Отремонтированный «Гангут» в мае 1897 г. вновь вышел на многодневные учения под флагом вице-адмирала С. П. Тыртова, и в 15.45 12 июня на Транзундском рейде напоролся на необозначенную на картах банку около острова Рондо. Через распоротое почти на 21 метр днище вода поступила в правую носовую кочегарку, оттуда пошла в коридор крюйт-камеры 229-мм орудий. Пробили водяную тревогу, начали заводить пластырь – в целом неудачно (у носа «Гангута» была довольно сложная форма, а штатные обводные цепочки для заводки пластыря разорвало при ударе); задраили двери машинных и котельных отделений, но вода, как заметили, просачивалась сквозь резиновые уплотнения. Работали слаженно, хотя спервоначала молодые кочегары бросили было свои посты, но затем вернулись и приняли участие в откачке воды. Вскоре она показалась в кормовой кочегарке правого борта. Развести пары во вспомогательном котле для отсоса воды не удалось, в левой передней кочегарке котлы потушили, опасаясь их взрыва из-за начавшегося распространения там воды, так же поступили и в задних. После остановки котлов встали и паровые водоотливные помпы, работавшие только 20 минут. Потух свет. Приходилось работать при свечах ручными помпами. Вода хлестала изо всех возможных щелей и отверстий – сказалось низкое качество постройки: еще в 1894 г. тогдашний командир Бирилев указывал, что при клепке переборок пропущено порядка нескольких тысяч (!!!) болтов, а обследование броненосца на дне вообще выявило скандальный факт – их отсутствие маскировалось «деревянными затычками и сальными свечами». Кочегарный квартирмейстер Валов показал на допросе: «Вода шла через переборки, в иных местах переборки пучило, и вода сочилась через заклепки. Их заколачивали паклей и салом». Спрашивается – далеко мог уплыть такой броненосец? Разве что только на дно, что он в итоге и сделал.
Адмирал пытался его спасти, выбросив на мель, но так и не нашел подходящего места на карте. В 16.45 заметили коммерческий пароход, подали сигнал бедствия, но пароход его проигнорировал и вскоре исчез. В начале шестого часа броненосец дал крен в 7,5 градуса на правый борт. Командир К. М. Тикоцкий после колебаний согласился выровнять его, приняв 70 тонн забортной воды в отсеки левого борта. Выровнявшись, менее чем через час «Гангут» стал валиться уже на левый борт, а выкачать принятую воду обратно уже не смогли. Корабль медленно, но верно погружался, несмотря на то что удалось наконец завести хороший пластырь. Командир свидетельствовал: «Внизу шла упорная борьба с поступающей водой: все, что можно было еще задраить и укрепить, забивалось брусьями, всякие щели заколачивали матами, ворсой и пр. Орудия были закреплены по-походному. Все, что могло двигаться и тем способствовать крену, укреплялось и найтовалось (привязывалось. –
Залив жилую палубу, вода затопила минный каземат. В 18.00 удалось ненадолго запустить вспомогательный котел, от которого вновь заработали механические помпы, но только 15 минут, пар сел. В 18.30 броненосец погрузился уже на 2 метра, положение стало критическим. Было принято решение оставить корабль. С него спустили шлюпки. Тем временем подходила помощь – минные крейсера и крейсер 2-го ранга «Африка». В 19.20 она попыталась взять броненосец на буксир, чтобы отбуксировать его в Кронштадт или хотя бы на мелкое место, но над «Гангутом» уже висела прямая угроза опрокидывания, которая привела бы к гибели нескольких сотен людей, и в 20.00 адмирал решился отдать роковой для «Гангута», но спасительный для его команды приказ – оставить корабль. Шестичасовая борьба за его спасение была проиграна.
Эвакуировались, несмотря на угрозу опрокидывания, основательно, забрав не только кассу и секретные книги, но даже и столовое и церковное серебро – только потом свезли людей, спустили флаги, и капитан, обойдя все доступные помещения корабля, в 21.31 последним сел в шлюпку. 10 минут спустя несчастливый броненосец-малыш лег на левый борт и стремительно ушел на дно.
Лежавший на левом борту на 29-метровой глубине броненосец было решено поднять, но делу помешала все та же пакостная псевдоэкономия морского министерства. С ходу отвергнув множество предложений, оно выдвинуло тезис: «Без спасения – нет вознаграждения». На такую аферу согласились только шведы из компании «Нептун». Их метод был весьма оригинален – соорудить понтоны и поставить броненосец на ровный киль, заведя на него тросы и цепи, перекинув их через понтон и прикрепив к списанному и доверху загруженному каменным балластом торговому судну «Ипатия», которое следовало затопить. Идя ко дну, «Ипатия», натянув цепи и тросы, выпрямила бы «Гангут» на дне, после чего оставалось срезать под водой все надстройки, заделать изнутри пробоины, соорудить кессон, прикрепив его к броненосцу, и после откачки воды кессон и броненосец всплыли бы.
