Издательство «Вече» продолжает серию «100 великих» новой книгой. Читатель узнает не только о заслугах 100 великих исторических лиц, чье влияние на историю человечества было особенно заметно, но и об их частной жизни. Исключительные личности, достойные похвалы или порицания, широко или малоизвестные, яркие или менее заметные всегда будут интересны, ибо именно эти исторические лица создали мир, в котором мы живем.
Сегодня, через двенадцать лет после первой публикации «100 биографий», эта книга по-прежнему пользуется спросом и переводится на иностранные языки. Так почему бы не выпустить новое, исправленное издание сборника? Одна из главных причин необходимости изменений и дополнений — то обстоятельство, что история вовсе не остановилась в 1978 году, когда эта книга впервые увидела свет. С тех пор произошло множество важных событий, в том числе неожиданных, и на историческую сцену вышли новые действующие лица. И если бы даже мое знание истории прошлого было совершенным, все же понадобилось бы кое-что исправить и дополнить в моей книге, потому что мир с тех пор изменился. Однако мои знания о событиях, происшедших к 1978 году, были далеки от совершенства, и мне (я надеюсь) удалось с тех пор узнать много новых, полезных сведений, а кроме того в откликах на мою книгу содержалось немало познавательного и поучительного.
Читатели сообщали исторические факты, мне прежде неизвестные, или же новые способы интерпретации фактов, нередко более убедительные, чем те, которых я сам придерживался. Таким же полезным был обмен мнениями во время радиоконференций, куда меня нередко приглашали. Так что, переиздавая книгу, я должен был исправить некоторые недостатки первого издания.
Одной из самых трудных моих задач является правильная оценка сравнительной важности различных политических лидеров. Людям всегда свойственно переоценивать значимость современных им глав государств. Они зачастую кажутся нам чуть ли не гигантами, и в то же время мы часто забываем государственных деятелей, которые жили несколько столетий назад, хотя их современникам они представлялись не менее значительными, чем нам — нынешние лидеры.
Куда легче оценить исторических деятелей древности. У нас уже есть материал, чтобы более или менее верно оценить степень влияния этих лиц на ход истории (если такое влияние имело место). Ведь каким бы значительным (или каким бы новатором) ни казался нам современный властитель, все же трудно предсказать, насколько продолжительным окажется его влияние на ход истории.
Возьмем, например, случай с биографией Мао-Цзэдуна. Ее более заметное положение в первом издании книги связано с тем, что она вышла в свет вскоре после смерти Мао-Цзэдуна, когда память о его свершениях была еще свежа. Я, правда, понимал, что со временем слава Мао-Цзэдуна померкнет, но не думал, что это произойдет так быстро. Через несколько лет после смерти Мао реформы его преемника Дэн Сяопина свели на нет многие из начинаний Мао, которым он придавал самое важное значение.
Отказ Дэна от значительной части программ и направлений, разработанных Мао-Цзэдуном, показал, что в первом издании своей работы я значительно переоценил продолжительность его исторического влияния. Но, конечно, я не стал бы прилагать больших усилий ради новой оценки одной персоны. За последние десять лет произошло немало событий более существенных, чем уменьшение значения деятельности Мао. Когда вышло первое издание моей книги, мне казалось, что коммунистическое движение (сила которого представлялась мне ужасной) прочно обосновалось во многих странах, искусно и безжалостно борется за укрепление своей власти и может просуществовать еще много десятилетий (или даже несколько столетий); может даже одержать верх над Западом, более гуманным, но менее решительным в борьбе.
Будь это так, основоположники коммунистической системы (Маркс, Ленин, Сталин) превратились бы в исторических лиц, беспримерных по своему влиянию на жизнь человечества. Но события последнего десятилетия (1984–1994 гг.) показали, что коммунистическая система была вовсе не столь мощной, как я опасался. Можно даже сказать, что упадок марксизма — самая яркая черта прошедшего десятилетия.
Рухнула Советская империя, и все получившие свободу страны отошли от коммунизма. Некоторые государства в других регионах, прежде зависимые от СССР, такие как Эфиопия или Монголия, также отказались от марксизма. Сам же Советский Союз распался на 15 независимых республик, и ни в одной из них сейчас нет марксистско-ленинской системы. В мире еще существует несколько коммунистических государств — Вьетнам, Северная Корея, Куба, Лаос, КНР. Но ни одна из этих стран не является очень сильной и экономически стабильной. Хотя больше миллиарда людей сейчас живут при коммунистических режимах, будет неудивительно, если через одно-два десятилетия в мире не останется ни одной коммунистической страны! Из всего этого следует, что основоположники коммунистической системы оказали значительно меньшее влияние на историю, чем мне казалось прежде.
