Когда Барт вернулся в Германию и подробнейшим образом описал свои впечатления, некоторые люди у него на родине сделали их предметом самого скрупулезного изучения, так как усмотрели в исследованиях ученого возможную отправную точку для колониальных завоеваний. В этом отношении большой интерес представляет собой письмо прославленного натуралиста Александра Гумбольдта Барту. Гумбольдт писал Барту, после того как тот закончил в 1855 г. свое большое путешествие по Африке: «Мне приятно Вас известить, что завтра в среду в 15.00 Вы приглашены в Сан-Суси на обед к королю… У меня не хватает слов, чтобы выразить, с каким нетерпением король, столь живо интересующийся Африкой, ждет встречи с человеком, благородным мужеством, истинным исследовательским духом и глубокими, многосторонними знаниями которого он столь долго восхищался».
Ни Барт, ни Гумбольдт не могли в то время предвидеть, что как монарх, так и промышленники и политики интересовались не Африкой, как таковой, а лишь возможностью превращения ее в колонию…
Ранние греческие колонисты в Северной Африке основали город Кирену, которая стала столицей Киренского царства (Киренаика в Ливии). В Кирене около 2500 лет назад и появилась африканская монета.
Под влиянием греков, особенно киренских, монету стали чеканить карфагеняне. После образования империи Птолемеев Лагидов собственная монета появилась в Египте. В это время, в IV–II вв. до н. э., чеканились самые красивые, самые художественные монеты, которые когда-либо изготовлялись в Африке. Римляне, захватив весь север континента, сохранили за местными городами право на чеканку собственных медных монет, а чеканку серебряных и золотых строго монополизировали.
Преемница Римской империи – Византия – чеканила монету в Александрии, центре своих африканских владений.
После арабского завоевания Северной Африки здесь появились монеты местных мусульманских династий, а также монеты турецких и других завоевателей. Североафриканские монеты VIII–XI вв. находят в огромном количестве не только в странах Северной Африки, но и в Южной Европе, Западной и Средней Азии и даже в Индии, Скандинавии, Северной России, на Британских островах.
Чеканка монеты не прерывалась в Северной Африке вплоть до тех пор, пока в 1828–1912 гг. сначала Алжир, затем Ливия, Тунис и Марокко не утратили независимость, став колониями империалистических держав.
Во второй половине III в. н. э. монетное дело было освоено в Аксумском царстве – молодом и сильном государстве, возникшем к концу II в. на севере Эфиопии. Более старое, слабеющее царство Мероэ и еще более древние государства Северо-Восточной Африки не имели собственных монет. Поэтому аксумские монеты признаны первыми по времени в Африке южнее Сахары.
По форме они подражают римским: более ранние – монетам римских императоров III в. и вассалов Рима – сирийских царей, более поздние – монетам римско-византийских императоров… Особенно похожи на римские ранние аксумские монеты, хотя и не в такой мере, как так называемые варварские подражания древности и раннего Средневековья.
