Но самая ценная находка была сделана здесь еще раньше одним арабом, которому случилось закапывать своего умершего осла. Его лопата наткнулась на золотые монеты, на которых было выбито имя Гаруна-аль-Рашида, багдадского султана. Однако неясно, какое отношение эта находка имеет к капитану Кидду. Но легенда именно такова. Когда нашли монеты, занзибарский султан послал своих людей перекопать всю землю вокруг дворца, но это, по-видимому, ничего не дало.
Еще одно заповедное место на Занзибаре – неподалеку от знаменитого баобаба. Здесь гид покажет насечки, сделанные в толстой коре (похоже, правда, что для привлечения туристов их периодически подновляют). Несколько человек как-то высадились в этом месте, откопали ящик и отплыли обратно – так говорит местная легенда. Правда, в официальном документе записано, что при кладке фундамента для нынешнего султанского дворца был найден металлический ящик со слитками золота.
Наиболее многообещающим в отношении кладов, является, по мнению Л. Грина, остров Иль-де-Депозе в группе Фаркуарских островов, к северу от Мадагаскара.
Легенда такова. В середине прошлого века французские власти отправили в ссылку одного местного царька. Его везли со всем гаремом, приближенными и имуществом. По пути, близ северо-западной части острова, корабль затонул; любопытно, что позже там же погиб и английский пароход «Эйместри».
В те времена остров Фаркуар был необитаемым, заброшенным клочком суши. Царьку с несколькими приближенными удалось спастись, но, когда остров посетило следующее судно, единственной живой душой на нем оставался сам царек. Он помешался в одиночестве, и излечить его не удалось.
Моряки рассудили так: когда царек добрался до острова, все богатства были при нем. Во всяком случае, могилы на Фаркуаре были потревожены, и не один раз. Однажды нашли крест.
Немало экспедиций отправлялось на Сейшелы на поиски сокровищ Левассера. С записки, брошенной им согласно легенде в толпу перед казнью, было сделаны копии, которые со временем разошлись по всему свету во множестве экземпляров. Основные ориентиры карты оказались зашифрованы – это была криптограмма. Если документ, который сегодня приписывают Левассеру, бросившему его якобы в 1730 г. в толпу, подлинный, то это означает, что Левассер должен был быть ученым: для разгадки его карты необходимы знания древнегреческой мифологии, астрологии и тому подобного. Немало исследователей ломало себе головы над картой. Но все безрезультатно.
На Маэ до сих пор ходят слухи, что состояния как минимум двух местных семейств появились благодаря находке кувшинов, наполненных золотыми монетами, – одного на острове Терезы, а другого – около женского монастыря Св. Елизаветы в Виктории. Но находок, которые бы стали достоянием гласности, очень мало. Единственным, официально зафиксированным кладом была находка в 1911 г. на острове Астов 107 серебряных монет, нескольких вилок и ложек, двух пряжек от башмаков и боцманского свистка. Пока же поиски кладов на Мадагаскаре, Сент-Мари, Родригесе и Реюньоне результатов не дали, но это еще ни о чем не говорит. Как писал австралийский журналист Атол Томас, «Оливье Левассер спрятал свои сокровища настолько хитро, что их нельзя найти, просто ковыряя ногой гальку на берегу».
И все же находились люди, готовые бросить вызов самым хитроумным ухищрениям Левассера и его собратьев. На Коморах пока, к сожалению, поисков пиратских сокровищ не велось: архипелаг давно уже пребывает в заброшенности и забвении, население его к европейцам относится подозрительно, а порой и враждебно, в последние годы сказываются и последствия самоизоляции страны, ее политической нестабильности, одним словом, это не самое лучшее место для исследователей а тем более искателей приключений из Европы и Америки. Местные же жители Комор слишком бедны, чтобы вести поиски своими силами. Маврикий, Реюньон и Сейшелы – другое дело.
Маврикиец Уильям Лоринг Эсперанс Бешерель занимался поисками пиратских сокровищ более десяти лет. В 1973 г., ведя розыски уже несколько лет, он оценивал стоимость предполагаемого клада в 10–20 миллионов фунтов стерлингов. Бешерель говорил, что место для поисков указал ему покойный отец. В вырытом им гигантском котловане шириной 45 и глубиной 15 метров он нашел остатки каменных сооружений, возведенных некогда действительно пиратами.
Однако Бешерель считал, что это не руины, а выложенная из камней карта с указанием подлинного места, где спрятаны сокровища. Нашел он при раскопках и скелет – по мнению кладоискателя, это останки раба-мальгаша, помогавшего зарывать клад и затем убитого, потому как оказался ненужным свидетелем.
