Магомет однажды сказал Вабишаху:
– Не правда ли, ты пришел затем, чтобы спросить меня, что есть добро и что есть зло?
– Да, – отвечал тот. – Я пришел именно за этим.
Тогда Магомет обмакнул в миро свои пальцы, коснулся ими руки Вабишаха, сделав знак в направлении сердца, и сказал:
– Добро – это то, что придает твоему сердцу твердость и спокойствие, а зло – это то, что повергает тебя в сомнение, даже если другие при этом оправдывают тебя.
Магомет и Али встретили однажды человека, который, считая Али своим обидчиком, начал ругать его. Али переносил это с терпением и в молчании довольно долго, но потом не удержался и стал отвечать ругательствами на ругательства. И только тогда Магомет отошел от них.
Когда Али подошел опять к Магомету, то спросил:
– Зачем ты оставил меня одного переносить поношения этого мерзавца?
– Когда этот человек бранил тебя, а ты молчал, – сказал Магомет, – я видел вокруг тебя ангелов, и ангелы отвечали ему. Когда же ты начал отвечать ему бранью, ангелы оставили тебя – отошел и я.
Проезжал однажды падишах мимо сада и увидел за забором старика, сажавшего персиковое дерево.
– Эй, старик, – обратился падишах к садовнику, – твоя жизнь клонится к закату, ты уже не дождешься плодов этого дерева, так к чему же твои заботы?.. Ну знаю, знаю, ты скажешь: «Предки наши трудились для нас, а мы должны трудиться для потомков». Но ответь, есть ли смысл думать о прошлом, которое ушло во тьму, и о будущем, которое еще не вышло из тьмы? Ведь только настоящее принадлежит нам.
– Тебе ли, властителю, понять садовника! – отвечал старик. – Ты не хочешь вспоминать прошлое – значит, оно у тебя такое, что лучше бы его вовсе не было. Ты не хочешь думать о будущем – значит, ты его боишься. Так что не завидую я твоему настоящему!
Однажды Маулан Кутбаддин спросил человека, который называл себя звездочетом:
– Кто твой сосед?
– Откуда мне знать! Не все ли равно!
– А раз не знаешь такой необходимой вещи, как же ты можешь вещать от имени звезд?
Бродя по склонам горы, Конфуций увидел Юнг-чи, идущего в одном тулупе, перепоясанном веревкой, по вересковому полю, поющего и играющего на лютне.
– В чем причина твоей радости, учитель? – спросил Конфуций.
– У меня много радостей. Из мириад созданий человек – самое благородное, а мне выпало счастье родиться человеком. Это первая моя радость. Многие, рождаясь, не проживают дня или месяца, а я уже прожил до девяноста лет. Это тоже радость. Для всех нищета является нормой, а концом – смерть. Придерживаясь нормы и дожидаясь конца, о чем еще здесь тревожиться?
– Прекрасно! – воскликнул Конфуций. – Вот человек, знающий, как себя утешить.
Лао-цзы шел лесом. И этот лес рубили. Но вот он подошел к большому дереву, огромному, – под ним бы укрылась тысяча воловьих упряжек. Оно было прекрасно и все в цвету. Лао-цзы послал учеников узнать у дровосеков, почему не рубят это дерево.
– Оно бесполезно, – ответили дровосеки. – Из него ничего не сделать: ни мебели, ни дома; оно не годится даже на дрова – слишком много дыма. Оно бесполезно, вот мы его и не рубим.
Тогда Лао-цзы сказал своим ученикам: «Научитесь у этого дерева, станьте столь же бесполезными, как оно. Тогда никто вас не срубит».
Конфуция очень беспокоил Лао-цзы и его учение. Однажды он отправился повидаться с ним. Конфуций был старше Лао-цзы и ожидал, что тот будет вести себя с должным почтением. Но Лао-цзы сидел, когда Конфуций зашел к нему. Он даже не поднялся для приветствия, не сказал: «Садитесь». Он вообще не обратил особого внимания. Конфуций рассвирепел: «Что это за учитель?!» И спросил:
– Вы что, не признаете правил хорошего тона?
Лао-цзы ответил:
– Если вам хочется сесть, садитесь; если хочется стоять, стойте. Кто я такой, чтобы говорить вам об этом? Это ваша жизнь. Я не вмешиваюсь.
Конфуций был потрясен. Он пытался завести разговор о высшем человеке. Лао-цзы рассмеялся:
– Я никогда не видел что-либо «высшее» или «низшее». Человек есть человек, как деревья есть деревья. Все участвуют в одном и том же существовании. Нет никого, кто был бы выше или ниже. Все это чушь и бессмыслица.
Один ищущий молодой человек спросил у Бухлуха:
– Что такое счастье?
– На этот вопрос ответить невозможно, – сказал Бухлух.
– Как же так? – удивился молодой человек.
– А так же, как нельзя сказать, какого цвета осеннее небо.
– Но как можно жить без представления о счастье? Ведь мы созданы для него!
Бухлух посмотрел внимательно на молодого человека и сказал:
– Знай лучше себя – и того будет с тебя.
И опять пришел к Бухлуху искатель истины.
– Не дает мне покоя один вопрос, – сказал он. – Может, ты мне ответишь, Бухлух?
– Что ж, спрашивай.
– Что такое любовь?
– Это молитва.
– Но к кому, зачем? – удивился молодой человек.
