Милая девушка сидела передо мной. Крутилась лента магнитофона. Я не прерывал свою собеседницу. Она вспоминала, рассуждала, задавала сама себе вопросы, отвечала на них. Я внимательно слушал. Только слушал.
Вы не поверите, но в свои 22 года я, наверное, впервые задумалась, как быть дальше и что значит для меня секс. Я расскажу вам о том, о чем не всегда могу поведать близким людям - матери, друзьям, благодаря эффекту поезда, когда в вагоне легко говоришь незнакомому человеку все о себе, так как знаешь, что расстанешься с ним навсегда.
Когда я впервые заинтересовалась мальчиками? Пожалуй, в четыре года. Помню, в детском саду нравился мальчик не просто как товарищ, нет, я его выделяла из всех, именно как мальчика, с ним было интереснее, чем с девочками. Я старалась во время прогулки оказываться с ним рядом.
Причем инициативу, насколько помню, проявляла всегда сама. Держала его за руку, просила раскачивать на качелях. Отлично помню первый поцелуй. Я понимала, что ему хочется меня поцеловать, но для меня было важно, чтобы он попросил на это разрешение, поуговаривал меня.
Представляете, тихий час, почти все дети спят. Мальчики и девочки в одной комнате. Воспитательницы не было, мы тихо лежали, и она ушла. А я то открываю, то прикрываю глаза. И посматриваю на него, как бы зову. Он подошел. Впрочем, нет, он не подошел, а перебежал через всю спальню. "Можно?" - спросил. Я кивнула. Чмокнул в щеку и убежал обратно.
Кто-то спал, кто-то нет, мне стало интересно (это я, конечно, теперь понимаю) проверить реакцию других. Некоторые смотрели с выпученными глазами на меня, на него и явно восхищались его подвигом. Девочка, лежавшая рядом со мной, мне точно завидовала, я почувствовала это, показала ей язык и отвернулась.
В детском саду впервые увидела мальчика голым. У нас был общий душ - мы вместе мылись. Я с интересом разглядывала, как устроены мальчики, но ничего при этом не ощущала и ни капельки не смущалась.
К нам приходил в гости дядя Юра, самый красивый из всех мужчин, которых я видела: усы, нос с горбинкой, небольшая бородка. Он часто усаживал меня, пятилетнюю, на колени, и я всем телом прижималась к нему. Мне казалось, он меня любит.
Когда мне исполнилось шесть лет, у меня появилась сестра. Но мне больше хотелось брата. Мне казалось, я бы любила его сильнее.
Я дружила с братом, но двоюродным. Он старше меня года на четыре и, конечно, как мальчик не интересовал - слишком взрослый. Ему девять, мне пять большая разница.
В памяти остались наши совместные игры. Он любил со мной возиться. Подойдет, обхватит, повалит на пол. И я вроде вырываюсь, но не так, чтобы вырваться, а наоборот, хочу продлить удовольствие. Он в это время меня руками как бы поглаживал: ягодицы, промежность и даже пытался залезть несколько раз рукой в трусы, вроде бы случайно. Ему это нравилось, я чувствовала. И мне нравилось. Потому вырывалась как можно дольше.
Помню, однажды взрослые вошли в комнату, а мы от возни раскраснелись и, как я теперь понимаю, смутились.
Но я сделала вид, что ничего особенного не происходит. "Что вы тут делаете?" - спросила не то мама, не то родственница, бывшая в гостях. "Ничего, - ответил он, - играем. А что, нельзя?" И он так посмотрел на спрашивавшую, что смутилась она. "Играйте, только тихо", - сказали нам и вышли из комнаты. Я первая подбежала к нему, и мы снова стали возиться.
Мне никто не объяснял, как и откуда появилась сестра, а я не спрашивала. Помню маму с большим животом, потом она куда-то исчезла, и родилась сестра.
Никогда не заставала родителей в интимных сценах. Впрочем... однажды утром зазвонил телефон. Стояло жаркое лето, я спала на балконе. Отец подбежал к телефону голый, только вокруг бедер намотана какая-то меховая штука. Я с удовольствием его рассматривала. Мне нравилось, что он красивый, высокий. Хотелось, чтобы он подольше говорил по телефону. Но он быстро, нервно поговорил и убежал.
Маленькой любила перебегать из своей комнаты в комнату родителей и плюхаться на кровать к папе и маме. Мама вставала и уходила готовить завтрак. А я усаживалась отцу на грудь и прыгала. Чувствовала, ему это тоже нравится. Так я делала в четыре годика, в пять, в шесть лет и даже в семь. Но однажды отец сказал: "Нельзя", и я обиделась.
Меня привлекал запах отца: носом водила по его щеке, по груди.
Во втором классе гуляла во дворе с мальчиком-третьеклассником (жили мы тогда в Венгрии), и вдруг он спрашивает: "А ты знаешь, как делают детей?" Мне не хотелось признаваться, что ничего не знаю, и я сказала: "Знаю. А ты?" - "И я знаю".
"Расскажи!" - попросила я его.
"Нет, расскажи ты!" Но я настояла на своем, и он рассказал, что у девочек и у мальчиков есть "переднее место". "Переднее место" мальчика проникает в "переднее место" девочки, после чего, если туда пописать, через несколько месяцев могут появиться дети, которые выходят через попку.
Женское "переднее место", объяснял он, раздвигается, а мужское вставляется в то место, которое раздвинулось и где есть щелочка.
