За три четверти часа он их все обыскал, быстро заглядывая в открытые коробки, протыкая дырки в закрытых. Он нашел дешевую парчу, еще более дешевый шелк, благовония и медные украшения, кукол с узкими глазами и пластиковые палочки для еды, и все было настолько невинным и показным, насколько это возможно. Он фыркал, поднимал вещи, двигал другими вещами, ничего подозрительного не обнаруживал. Если где-то и были спрятаны наркотики, то в ничтожных количествах. Не было там даже ничего, что могло бы понравиться не особо придирчивому вору. Ник продолжил. Короткий лестничный пролет вел к внутренней двери, которая, как он понял, вела, в свою очередь, в контору. Он тихо взломал замок и пошел по коридору, тускло освещенному дальней лампой. Все было тихо. Потом он услышал, как где-то в конце зала скрипнул стул. Он ждал шагов, но их не было.
Мгновение спустя он тихо закрыл за собой дверь и прокрался по коридору, заглядывая в комнаты через открытые двери. Это были маленькие кабинеты, обычные офисы с пишущими машинками, потрепанными картоточными шкафами, неопрятными письменными столами. Они не выглядели многообещающе, но он быстро их обыскал. И снова он не нашел ничего, что указывало бы на то, что Orient lm and Export не является честной компанией. Он соскользнул в запертую дверь в конце коридора. Здесь свет был ярче, и в этом месте коридор, по-видимому, пересекался другим, а может быть, вестибюлем.
Его ноги тихо ступали по изношенному ковру. Он достиг пересечения коридоров и остановился, осторожно посмотрев в обоих направлениях, прежде чем продолжить. Правая сторона была доступна. Она заканчивалась полуоткрытой дверью с надписью ЗАПАС и он увидел коробки с канцелярскими принадлежностями на полках. Возможно, вдали лежали мешки с опасным белым порошком, но он в этом сомневался. Его нос был острым, говоря ему, что он чувствует запах карандашей, чернил и бумаги. Его нос также подсказал ему, что он чует человека, довольно сильно пахнущего. Но этот запах пришел с другой стороны.
Ночной сторож сидел примерно в пяти футах слева от Ника, спиной к нему. Он сидел в прямом деревянном кресле и читал китайскую газету при свете тусклой лампы, причем почти ничего не понимал, качая головой. Он сидел лицом к входной двери в вестибюле с оборванными стульями и стойкой администратора, и что-то в том, как его разместили, заставило Ника подумать, что он должен охранять запертую дверь кабинета, а не чемодан.
Мужчина вздохнул и наклонил голову вперед. С большим трудом он снова поднял его, и лицо его расплылось в могучей зевоте.
Какая жалость, подумал Ник, что этот человек сонный и не может этого вынести. Доброму самаритянину оставалось сделать только одно.
Его рука скользнула в наплечную кобуру и достала одолженный револьвер 38-го калибра. Это был пистолет, который он редко носил с собой, но сегодня он использовал его, потому что ожидал, что его увидят. Он держался за оружие и молча прошел на цыпочках к креслу ночного сторожа.
В последний момент скрипнула доска, и человек полуобернулся. Но от этого Нику было только легче ударить его по виску и тут же отпустить. Затем он оставил его, прислоненного головой к спинке кресла, и попытался открыть закрытую дверь кабинета.
Она была, в отличие от других, закрытой, и это его очаровывало. И ему потребовалось две минуты, чтобы открыть его с помощью специальной отмычки, что обычно не занимало и половины этого времени. Он оставил дверь на несколько дюймов приоткрытой, пока обыскивал комнату. Его фонарь осветил большой кабинет с большим рабочим столом, несколькими книжными шкафами и металлическим сейфом.
Сначала он пошел в офис. Ящики с одной стороны были полны образцов драгоценностей и других вещей, которые он нашел в кладовке. Остальные ящики были столь же неинтересны, если не считать стопки визитных карточек и небольшой оранжереи. Она была в запертом ящике, и это была небольшая теплица. Он беззастенчиво украл больше пятисот долларов, недоумевая, откуда столько денег в маленьком ящике и что он будет с ними делать, если окажется, что компания О.И.И. на правильном пути. Затем он обратил свое внимание на сейф. Это должно быть большой работой, если пятьсот долларов означают небольшую сумму.
Он работал долгие минуты, ощупывая и покручивая тонкими пальцами, прислушиваясь к звукам лязга замков. Он прислушался так внимательно, что едва услышал возглас удивления из коридора, за которым последовал тихий щелчок.
Но он все равно это услышал и был готов. Когда зажегся яркий потолочный свет, он прятался по другую сторону сейфа, используя его как прикрытие. Ствол его 38-го калибра угрожающе ткнулся в комнату. Он знал, как он выглядел в своем строгом костюме и с чулочной маской, нечеловечески искажавшей его лицо, с пистолетом в руке, неподвижно держащим палец на спусковом крючке. Любой здравомыслящий, уважающий себя ночной сторож или даже директор фирмы сбежал бы.
