Девушка успела расстегнуть на нем ремень и запустить левую руку под брюки.
Почувствовав на члене ее сильные пальцы, он не нашел в себе мужества возражать. Она завладела им.
Стефания могла войти в любой момент. Берни думал об этом, лежа на спине и отрешенно глядя в белый потолок. Девушка стояла боком к нему на четвереньках и как все та же дикая кошка с наслаждением вылизывала затвердевший пах. Она касалась восставшего ствола только губами и шершавым языком. Спина ее красиво прогибалась, переходя в натянутые полукружья ягодиц. Руки, согнутые в локтях, рельефно обрисовывались мускулами. Она жарко дышала и одним глазом косилась на мужчину.
– Я хочу видеть, как ты это делаешь, – послышался его сдавленный голос.
Она послушно переползла вбок и одной рукой подняла спадавшие на лицо черные пряди.
Он увидел ее профиль с пеликаньим подбородком и втянутой гладкой щекой. То и дело по щеке изнутри словно прокатывался шарик. Это и был его член, который она теперь самозабвенно посасывала, забыв обо всем, кроме того, что должна доставлять партнеру удовольствие. Она механически опускала голову, насаживаясь ртом на толстое древко, а потом поднималась, выпуская из трубочки губ, как будто целовала в кончик хобота маленького слоненка. И все начиналось снова.
Наконец он не выдержал и выпустил густую струю беловатого семени прямо ей в лицо, дрожа и вскидываясь всем телом. Мутные капли повисли у нее на правой ноздре и потекли по нижней губе на подбородок. Она слизнула их одним взмахом язычка и принялась смачно высасывать последнее.
Берни сделалось неприятно от такой прожорливости этой, четверть часа назад совершенно незнакомой ему, девушки.
Ему невольно пришла в голову мысль, что, если бы на его месте оказался кто-то другой, она проделала бы все то же самое с не меньшей охотой и артистизмом.
Берни едва успел снова застегнуть брюки, как в спальню вошла с подносом в руках Стефания. На подносе дымились чашечки с кофе. В маленьком блюдце лежали шоколадные печенья.
Чашечек было три, однако Дейзи отказалась.
– Я, пожалуй, пойду, – сказала она, поднимаясь с постели и, как была, в одном лифчике, подбирая сброшенную в кресло одежду. – У меня еще дела, да и лишней я быть не хочу.
Стефания протянула ей несколько крупных банкнот. Прижимая платье к животу, Дейзи оглянулась на удивленного Берни, взяла деньги и поспешно вышла из комнаты.
Стефания прикрыла за ней дверь и улыбнулась.
– Надеюсь, тебе пришелся по душе мой маленький сюрприз? – сказала она, садясь на постель и поднимая двумя руками чашечку на блюдце. – Пей, пока не остыл.
– Так это была не твоя подруга? – Берни другими глазами смотрел на девушку.
– За кого ты меня принимаешь? – Стефании с аппетитом надкусила печенье. – Если бы она не брала за это денег, я бы еще подумала. Потому что в своем деле Дейзи толк знает. А так это все равно что акт благотворительности. Я рада, что тебе понравилось.
– Стефания!
Они допили кофе в молчании. Каждый думал о своем. А потом пошли вместе принимать расслабляющий душ.
Домой Берни вернулся только под утро.
Поднимаясь по лестнице, он еще издалека заметил, что под его дверью кто-то сидит.
Приблизившись, он был потрясен, обнаружив, что это Эстер.
Поджав колени и склонив на руки голову, она тихо спала.
Берни сел рядом.
Эстер была в теплом свитере и джинсах. Она сидела на холодном полу, подложив под себя кожаную сумочку, ту самую, которую они вместе покупали две недели назад, когда в его жизни существовала только одна маленькая женщина.
Эстер не почувствовала ладонь, опустившуюся ей на плечо. И только когда Берни во второй раз повторил: «Что ты тут делаешь?» – открыла глаза и посмотрела на него с такой невинностью, как будто они заранее договорились об этой встрече.
– Я жду тебя, – тихо сказала она, словно разговаривая во сне и боясь проснуться. – Я жду тебя всю ночь, Берни.
– Что случилось, глупенькая? Зачем?
– Когда ты вчера ушел, Берни, я почувствовала себя очень одинокой. Я хотела спать с тобой…
Продолжая говорить, она смотрела на его лицо, близкое и такое далекое, лицо человека, осознающего, что совершил тяжкий проступок, за который полагается возмездие. Однако этого возмездия можно было избежать, если свести все к шутке. Но только захотят ли эту шутку принять?
– Я хотела спать с тобой и проснуться в твоих объятиях. Послушай, где ты был?
Голос ее звучал тревожно, как будто она и теперь ничего не поняла.
– Пойдем домой, Эстер.
Он обнял ее за плечи.
Она послушно встала, и они стали спускаться по лестнице.
На улице уже занимался новый день.
У калитки ее дома они остановились. Эстер не спешила входить, и Берни ждал, что она скажет.
Мимо, шурша шинами по гравию, проскользил автомобиль.
Оба проводили его невидящими взглядами.
– У тебя другая женщина, – сказала наконец Эстер, поднимая на Берни грустные большие глаза. – Я думаю, что она красивее меня. У нее тело настоящей женщины, развитое, с большой грудью, соблазнительное. Мы с ней наверняка очень разные. Да, Берни? Но только имей, пожалуйста, в виду, что разница между нами заключается еще и в том, что я люблю тебя.
