11. Слово мастера полностью

— Вот и хорошо, — с облегчением выдохнула супруга. — Тогда я ему позвоню. И очень надеюсь, что в скором времени проблема с Талантом все-таки разрешится.

Тан на это снова кивнул. На этот раз молча. Однако про себя подумал, что с приглашением стороннего специалиста Эльза, пожалуй, сильно затянула. Он еще несколько лет назад начал говорить на эту непростую тему. Но она все отнекивалась. Утверждала, что у них еще есть время. Успокаивала себя и его. Пыталась сделать все сама. Просила подождать…

А теперь зачем приглашать стороннего специалиста, если и без него ясно, что одной диагностикой проблему не решить? Тем более если тан уже давно все сделал сам. В том числе неоднократно показывал и мальчишек, и слепки их аур самым разным специалистам. Искал самых лучших. Платил огромные деньги. С ног сбился, пытаясь выяснить, почему его дети ущербны. Но никто из тех, к кому он обращался, так и не смог сказать, почему же это произошло.

Это было неправильно. Ненормально. Это ставило под сомнение его положение и как мага, и как главы рода, и как мужчины. Тогда как Эльза… зная о проблеме, она все равно ждала слишком долго. Неоправданно медлила. И спохватилась лишь тогда, когда тан уже сделал все возможное, а когда потерпел поражение, начал искать другие пути решения, о которых она, дай тэрнэ, никогда не узнает…

— Адрэа! — потряс меня за плечо наставник, тем самым заставив прийти в себя. — Дайн тебя возьми… это что, снова было видение? Прямо сейчас?

Я с усилием моргнул и положил обратно вилку, которую так и не донес до рта.

При этом рука у меня явственно подрагивала. В башке все шумело и гудело. Видел я, правда, уже нормально. Соображал и того лучше. Но, как и наставнику, мне тоже не нравилось, что чужие воспоминания стали прорываться так часто. К тому же в такое время, когда я был к этому не готов.

— Пойдем-ка в лазарет, — нахмурился лэн директор, когда я вздохнул, помотал головой и сообщил, что все в порядке. — Не нравится мне это. Не должны они беспокоить тебя настолько часто. Да еще и без всякого повода.

Я, естественно, возражать не стал. Да и сам, признаться, не понимал, что же их спровоцировало. Нет, в убежище еще ладно. Там все было пропитано духом тана Расхэ, как и на пепелище, некогда бывшим ему домом.

Но сейчас-то что?

Что я сделал такого, чтобы меня снова накрыло?

«Адрэа, у тебя дестабилизировался дар, — тем временем напомнила Эмма. — И ментальная активность настолько повышена, что это выглядит неестественно».

Вот об этом я и говорю.

Так что я вместе с наставником поспешил добраться до единственного целителя в школе. А по дороге в лазарет не на шутку задумался, что же мы скажем лэну Нортэну, если про обряд памяти рода знать ему не следует, а говорить о возникшей проблеме как-то нужно. К тому же целитель понятия не имел, до какой степени у меня развит дар. Ведать не ведал, что у двух моих ветвей теперь есть дополнительные отростки. Распространяться об этом тоже было запрещено. Диагностику за пределами школы Харрантао проходить было нельзя. И вообще, предстоящее общение с лэном Нортэном виделось мне несколько проблематичным.

Тем не менее в лазарет я все-таки пришел, предоставив лэну Даорну самому выбирать выражения. Но еще до того, как он начал говорить, я увидел лежащий на столе доктора, исчерканный вдоль и поперек лист бумаги. Там, правда, не было ни написано, ни нарисовано ничего конкретного, кроме загадочным образом извивающихся линий, окружностей и совершенно бессистемно поставленных наклонных палочек. Ну то есть человек в рассеянности просто чиркал грифелем по бумаге.

Но мне почему-то привиделись в этом переплетении буквы.

Причем совершенно конкретные буквы.