Он хотел схватить что-то в руку, но кроме тарелок ничего не было — вовремя попрятали колющие предметы. Началась бешеная возня с криками, визгами и звоном бьющегося стекла. Американцы дико испугались. А Игорек, наоборот, веселился.
— Вот что надо снимать. Вот как надо начинать фильм про Сибирь, — смеялся он.
Но Леше не было смешно. Он думал о том, как нелепо получить ножом в такой пьяной драке через несколько часов после встреч с президентом независимого государства и мэром огромного города. Слава богу, обошлось без крови, только соплями и слезами. Бабы растащили своих бывалых по углам, а американцы, снявшие много блокбастеров про сверхгероев, тут же героически убежали в гостиницу. Леша вернулся домой и рухнул на кровать после этого сумасшедшего дня.
Проснулся он днем от телефонного звонка. На проводе был Сокол.
— Там это… сейчас фильм по телику показали про нас. Шеф шумит. Требует подать в суд; короче, взялись за нас конкретно. Пацаны мне тут из разных городов маяки дают, мол, нас будут мочить. Ты-то видел?
— Не видел. Я спал, — ответил Леша.
— Короче, ты все проспал. Какой-то полковник пришел в штаб-квартиру, говорит, вечером будет у нас обыск. Он слышал от своих знакомых полковников.
— В общем, большой шум, — сказал Леша.
— Да ты че… Кипеж конкретный. Вилы… Мне мать оборвала телефон, говорит, не ходи никуда, а то в клетку попадешь.
Трубку у Сокола вырвал лично вождь.
— За что они нас так не любят, — закричал он, — что мы им сделали? Где мы перешли им дорогу?
В голосе Вольфрамовича присутствовала радость. Но чувствовал ее один лишь Леша. Остальные просто не понимали.
— Я требую суда, — кипел вождь. — Справедливого, честного суда. Пусть все увидят нашу чистоту, нашу девственную чистоту. Никого не убили, не ограбили, не обманули. Все делаем открыто, все явно. Ничего ни от кого не скрываем. В суд! Немедленно в суд!
В суд, однако, не пошли. Зато пошли вечером в баню, а наутро пошли на выборы. Вождя на избирательном участке встречало великое множество журналистов. Он им рассказал пару анекдотов, отчего они развеселились. Вождь тоже был в приподнятом настроении, улыбался шире обычного, хлопал по плечу мужчин, брал за руку женщин. Потом отобедал в тесной компании партийцев в тихом уютном ресторане, где владельцем был один из сочувствующих планам консерваторов. Соответственно, за стол не платили. Позволили себе и водочки выпить, и большие полтавские котлеты съесть.
Вечером » после закрытия участков партийцы дружно направились в Кремлевский дворец, где должны были оглашаться итоги выборов.
Банкетный зал дворца смотрелся празднично. Играл военный оркестр. У каждой партии был свой отдельный стол, уставленный традиционной кремлевской жратвой — красной и белой рыбой, канапе с икрой, нарезкой языка и колбас и, конечно, салатом оливье. За другими столами сидели артисты, журналисты, разные люди генеральского положения. На огромных табло светились названия партий, участвовавших в выборах.
Семаго со товарищи уселся за отведенный им стол и принялся метать канапе с икрой себе в рот. Леша Берия случайно отбился от своей делегации и бегал по огромному залу, разыскивая стол консерваторов. Неожиданно его схватил за плечо Игорек с телевидения. Рядом с Игорьком как всегда стояла группа страждущих.
— Что, не замечаешь? — закричал он Леше, заливаясь смехом. — Зазнался… Ну что, два процента получите?
Леша развел руками вместо ответа.
— Тут мне голову пробили твоим фильмом. Кричат, что это только добавило вам популярности. Аналитики хреновы… Я им сказал: «Если Семаго больше двух процентов соберет, то я съем свою шляпу…»
Леша чуть было не сказал какую-то гадость, но Игорек не дал ему паузы.
— Видишь, какая сегодня мощная тусовка. Весь мир транслирует. А кто придумал? А… А… Понятно, кто придумал. Это тебе не врать, что ты автор фильма. Обманывать бедного старика. Сказал бы сразу, что ты от Семаго. Я бы с тебя хоть денег содрал. А так мне об этом люди в погонах докладывают. Обмануть меня решили с Леной… Но мне наплевать. Ты меня знаешь. Я любого обхитрю и без трусов оставлю.
Берия молчал. К Игорьку подбежала какая-то блондинка и отвлекла его. Берия поплелся искать своих, долго ходил, пока не увидел вождя, подливающего себе шампанского.
— Мой дедушка, — рассказывал вождь, — умер еще в Гражданскую войну. Пошел в баню, вышел на мороз, простудился и умер. Бабушка пережила его надолго. Бабушки вообще более живучие, чем дедушки. Потому что бабушки доводят дедушек, и те бегут куда глаза глядят. Бегут, к примеру, в баню, получают там воспаление легких и умирают. А бабушки в баню не ходят, они часто вообще не моются, поэтому не болеют.
— Внимание, внимание, — объявили в зале. — Внимание на экраны. Передаем первые результаты.
На больших экранах замелькали цифры.
— Внимание, внимание, — заговорил диктор, — передаем предварительные результаты. Сахалинская область.
В зале установилась тишина.
— Первое место — Консервативная партия, сорок три процента избирателей, второе место — Демократическая альтернатива, десять процентов.