— Ангелы на этой земле не могут пользоваться всей доступной им силой, — Гавриил лишь пожал плечами. Даже тех крох, что доступны ангелам на этой проклятой земле, вполне хватит, чтобы противостоять людям, к примеру. Или демонам.
— Ты сам ответил на свой вопрос. Сворачивай операцию, незачем подвергать ангелов опасности. Только…
— Да, Михаил, кто-то может помимо Велиала пользоваться артефактом. И кто это, пока ускользает от меня, — Гавриил выхватил папку из рук своего собеседника. — Всех Падших проверили. Никто на земле тринадцать не обитает, собственно, как и до Ада никто не долетел.
— Интересно, — задумчиво проговорил Михаил. — На эту землю я не спущусь ни при каких обстоятельствах. И запрещаю вам туда соваться без моего согласования, пока у меня не будет достаточно информации, чтобы санкционировать эту прогулку.
— Но Велиал…
— Что Велиал? Он ангел, такой же как и мы. И знаешь, за этим даже будет любопытно понаблюдать.
— Я так и знала, что между вами что-то есть, — голос сестры вырвал меня из полудрёмы, в которой я пребывал.
Приоткрыв один глаз, посмотрел на стоявшую надо мной Ольгу. Потом повернул голову к пискнувшей что-то неразборчивое Насте, пытающейся в это время поглубже забраться под одеяло.
— Молодец, возьми с полки пирожок, — я потянулся и снова посмотрел на сестру. — И нет, я перед тобой отчитываться не собираюсь. И вообще, что ты забыла с утра пораньше в моей комнате?
— Я не требую от тебя отчёта. Я хочу знать про твои планы, — Ольга скрестила руки на груди, проигнорировав мой вопрос.
— И это тебя тоже не касается. Ты замужняя женщина, и у тебя своя семья…
— Денис, я сейчас не о тебе говорю, — Ольга нахмурилась. — И всё-таки надеюсь, что мой брат порядочный человек.
— О чём это ты? — Настя перестала прятаться и села, удерживая одеяло на груди, удивлённо глядя на Ольгу.
— Она говорит, что мы должны пожениться, раз уж додумались спать вместе, — я снова потянулся и зевнул. — Лично я не против. Если ты согласна, то мы найдём того типа, который их поженил, и избавим мою сестрицу от мук совести. Тем более, что Контроль ещё не упразднён официально.
— Я не понимаю, — Настя теперь смотрела с удивлением на меня.
— Настя, если ты не хочешь, чтобы меня наказали вплоть до смертоубийства, то должна проникнуться и выйти за меня замуж, — я улыбнулся, притянул её к себе и поцеловал в лоб, потом посмотрел на Ольгу. — Я собираюсь вставать и настоятельно рекомендую тебе отвернуться.
— Зачем? — она всё ещё хмурилась, но уже не так интенсивно.
— Затем, что я голый! Нет, ну если ты хочешь сравнить тела своего брата и муженька, то пожалуйста, я излишней стыдливостью не страдаю…
— Кретин! — прошипела Ольга, резко отворачиваясь.
Я же быстро встал, нашёл под кроватью штаны и натянул их на себя. Трусы сунул в карман и без лишних слов направился в душ. Уже под аркой меня нагнал голос Насти.
— Как и все девушки на свете, я иногда мечтала о том, как мне сделают предложение, но не думала, что оно прозвучит вот так.
— Настя, — я повернулся к ней. — Ты знала, кого в свою постель пустила. Я догадывался, чем всё это закончится в итоге, и был изначально готов. Потому что попадать под пресс нравственного Контроля мне совсем не хочется. Неужели ты даже предположить не могла, что возможен такой исход? Глупой ты мне никогда не казалась.
— Мой брат — идиот, — вклинилась Ольга, садясь на краешек дивана рядом с Настей, — но в одном он прав. Если Денис так демонстративно себя повёл, значит, уже обдумал все последствия. Думаю, когда Дима проснётся, мы всё обсудим. А пока ты мне поможешь завтрак приготовить, а то я не умею?
— Конечно, — слабым голосом ответила Настя.
Ничего, привыкнет. К тому же Ольга права: я намеренно сегодня остался на её диване и не вернулся на то убожество, что мне предназначалось. Потому что когда я, вымотанный до предела, пришёл вчера к Насте, она приняла меня без лишних разговоров. Да и с курицей моей они вроде бы подружились.
Быстренько приведя себя в порядок, я вышел из ванной, повесив полотенце на шею. Сделал я это вовремя, потому что в этот момент зазвонил телефон.
— У меня, кажется, появляется навязчивая идея, — сказал я, с ненавистью глядя на телефон.
— Какая? — в коридор вышел Дмитрий. Он шёл самостоятельно, правда, медленно, рефлекторно прижимая руку к животу.
— Я хочу разбить этот телефон, — признался я. — Нет, не так. Я хочу взять топор и медленно, с наслаждением разрубить его на сотню маленьких кусочков. А то, что останется, сжечь, а пепел захоронить на Мёртвой Пустоши, чтобы никто не смог его вернуть, починить и вновь установить в этом доме.
— Тебя можно понять, — усмехнулся Дмитрий, разглядывая меня. — Сегодня привезут тренажёры, чтобы я смог начать реабилитацию. Думаю, тебе они тоже пригодятся.
— Не впечатляю? — довольно равнодушно спросил я, разглядывая продолжающий звонить телефон. Все мои планы по совершенствованию собственного тела, которые я строил в тот самый момент, когда ехал в это место, разлетелись в труху. Как телефон в моих мыслях.
