— Мяу! — кот повернулся и злорадно посмотрел на меня. При этом он вытянул вперёд лапу и несколько раз выпустил огромные когти.
— Ну, смотри, гад! Я твою шкуру себе на портянки пущу, — пригрозил я коту.
Одеяло зашевелилось, и из-под него показалась растрёпанная белокурая головка. Настя осмотрела нас троих заспанным взглядом, с видом зомби сползла с дивана и побрела в направлении ванной комнаты.
Мы с Ольгой молча смотрели ей вслед. Опустив взгляд, я увидел, что и Барон тоже внимательно наблюдает за Настей.
— Денис, ты когда сделаешь Анастасии предложение? — Ольга перевела взгляд на меня, когда Настя скрылась из вида.
— Оля, отстань, — я пристально посмотрел сестре в глаза. — Как только, так сразу! А сейчас отвяжись ради всех святых.
— Но Денис…
— Оля, мы вчера говорили с тобой на эту тему, — со стороны лестницы раздался спокойный голос Дмитрия.
— Да, но… — Ольга бросила быстрый взгляд на мужа, а затем вздохнула. — Ты прав, пускай Денис сам разбирается. Держи, это всё-таки твой кот. И не позволяй ему тебя царапать, кошачьи царапины долго не заживают, — и сестрица сунула мне в руки охреневшего кота.
Я его взял, хотя больше всего мне хотелось схватить подлую тварь за шкирку и пинком выкинуть из дома. А то я не знаю, что кошачьи царапины долго не заживают! Особенно у человека, одержимого демоном, они превращаются в конечном счёте в огромные гноящиеся раны, с которыми не справится ни один целитель ни в одном из миров. Хотя я вроде не одержим демоном, а сам являюсь демоном. Вот и проведём своеобразный эксперимент и поглядим, во что выльется эта кошачья утренняя забава.
— Мяу!
Мы с Бароном посмотрели друг на друга.
— Не ори на меня, — я поднял палец вверх, роняя кота на пол. Он приземлился на лапы, злобно глядя на меня при этом. — Ладно, как только найду в этой дыре подходящее кольцо, то сразу же сделаю предложение. Моралисты хреновы, вам бы в контроле работать, — бормотал я, натягивая штаны. Интересно, сколько пройдёт времени, когда и работа перестанет казаться жутью, лишь бы дома не появляться?
— А ты чего так рано подорвался? — спросила Ольга, прижавшись к спустившемуся Дмитрию и глядя на меня с улыбкой. — Тебя же утром проблематично разбудить.
— Меня сейчас не проблематично разбудить в любое время суток, — я поёжился. Надо футболку надеть, что ли? Или сначала душ принять? — А вот вам почему не спится?
— Я всегда так встаю, сколько себя помню, — пожал плечами Дмитрий. — Ты не высыпаешься? — спросил он, наклоняясь к жене.
— Уже привыкла, — и она лукаво ему улыбнулась. Понятно. Они проснулись ещё раньше и нашли, чем заняться. Счастливые люди, их точно в самый неподходящий момент проклятый телефон не прервёт.
Когда же они уже в столицу отчалят, чтобы прочувствовать всю боль семейной жизни, и Ольга перестанет ко мне в комнату входить, когда ей заблагорассудится? Думаю, что она быстро поймёт, её мужа из постели могут вытащить в любое время суток, чем бы он в это время ни занимался. Я злорадно усмехнулся своим мыслям, глядя на сестру. Ольга непонимающе повела плечами, о чём-то подумала, слегка при этом покраснев, и прекратила буравить меня прокурорским взглядом.
— Вчера меня внезапно озарило. Оказывается, мне нравится готовить, — внезапно призналась Ольга. — Пойду завтрак приготовлю. А душ мы примем, когда вы на работу уйдёте, — и она снова лукаво улыбнулась.
— Ванну не сломайте, она у нас в единственном экземпляре, — язвительно бросил я, а Дмитрий в ответ на это только бровь приподнял.
Звонок телефона заставил меня вздрогнуть. Ну вот. Ничего у нас не сломалось, просто никто в Аввакумовском кусту в кои-то веки не собирался помирать.
— Давыдов, — представился, снимая трубку.
— Денис Викторович, это вас Старостин беспокоит.
На мгновение прикрыл глаза. Всё-таки я неправ, и в больницу меня не тянет.
— Что-то случилось, Владимир Семёнович? — спросил я, глядя на часы. Шесть утра. До начала рабочего дня времени ещё в избытке.
— Нет, бог миловал, — ответил старший фельдшер. — Я так и знал, что вы уже проснулись. Сердцем чувствовал. И решил позвонить, чтобы сообщить, что приспособился к аппарату на руке и вполне могу вместо вас приём провести. А вы отдыхайте, Денис Викторович. Шутка ли, почти месяц без отдыха.
— А вы сейчас откуда звоните, Владимир Семёнович? — осторожно спросил его.
— Из больницы, откуда же ещё, — фельдшер вздохнул. — Павел Андреевич у нас тут чудить начал в половине четвёртого. Татьяна мне позвонила, вас решили не дёргать.
— И кого Павел Андреевич на этот раз раздевал или ловил? — я потёр переносицу, чтобы не заржать, хотя ситуация в целом смешной не была.
— Никого, — Старостин снова вздохнул. — Он решил, что уже утро, и что ему непременно нужно сдать анализы.
— Ну, нацедила бы Татьяна кровь, да спать дальше отправила, — не удержавшись, высказался я.
