– Что ты имеешь в виду?
– Ну такие умные, – хихикнула Белла, – словно суповые чугунки! Анекдот, похоже, он их специально подбирает, посмотрит и зовет самую глупую. Вот погоди, если он в субботу сюда Ольгу приведет, повеселимся от души. Знаешь, кто деньги скоммуниздил?
Я покачал головой:
– Пока нет.
– Анна, Валерий или Клара, больше некому, поодиночке или вместе работали.
– Ну Клара-то вряд ли…
– Ага, – обозлилась Беллочка, – значит, как на меня думать, так сразу, а как об этой б… речь зашла, то она не виновата?
– Ну вряд ли Клара стала бы баксы у себя под подушку прятать, – сказал я, – и поросенка ей жаль до слез.
– Какого поросенка? – жадно спросила Беллочка.
– Сергей Петрович ее любимую игрушку изорвал!
– Ладно, – согласилась Белла, – хрен с ней, пусть не она, тогда Валерий стырил или Анна.
– А Лариса Викторовна способна на подобный поступок?
– Ты че! Лариска у нас уже год служит, – пояснила Белла. – У папы в столе вечно кучи денег валяются. Она бы раньше не выдержала, чего так долго терпела?
Я с уважением посмотрел на девочку – похоже, она не глупа, только избалована.
Вечером я подробно изложил Норе произошедшие события.
– Ясно, – буркнула хозяйка, – начинай с Валерия, завтра отправляйся к нему на работу и рой там землю. Если поймешь, что он невесть откуда получил деньги для своих исследований, дело можно считать закрытым. Даже неинтересно. Ладно, не тяни кота за хвост. Сегодня звонила тетка, у которой таинственным образом пропал муж. Заканчивай с Кузьминским, займемся другим, более интересным делом.
– Кто же и зачем сунул десять тысяч Кларе?
– Пока не знаю, – обозлилась Нора.
На следующее утро я прибыл к огромному девятиэтажному зданию, построенному в начале пятидесятых годов прошлого столетия, увидел грозную надпись «Документы показывать в развернутом виде» и приуныл. Скорей всего бдительная охрана не пропустит внутрь мужчину, у которого нет никакого удостоверения личности.
На всякий случай я вошел в просторный холл и был крайне удивлен. Никаких секьюрити тут и в помине не наблюдалось, у лифтов висело множество табличек: «Газета „Якорь“», «Продажа сотовых телефонов», «Склад». Начальство умирающего НИИ сообразило, что обладает шикарным зданием в одном из старых московских районов, и сдало в аренду большинство помещений.
Мое предположение оказалось верным. Ученые сидели на последнем этаже. Я схватил пробегавшего мимо дядьку за рукав синего лабораторного халата.
– Да? – растерянно спросил тот. – Чем могу служить?
– Подскажите, где сидит Валерий Анджабрамаидзе, если, конечно, я правильно произношу эту непростую фамилию.
– А он кто?
– Ну… исследователь.
– Значит, идите в научную часть, – ответил мужчина, – направо по коридору, налево производственные мастерские.
Я потопал по километровым изгибающимся переходам, изредка натыкаясь на служащих. Никто из спрошенных не слышал о Валерии. Согласитесь, это было странно, человек всю жизнь, по крайней мере последние двадцать лет, трудится на одном месте, а сослуживцы удивленно восклицают: «Анджабрамаидзе? Это кто такой?»
Я бы еще понял ситуацию, носи Валерий фамилию Иванов, но Анджабрамаидзе!
Наконец одна дама посоветовала:
– Вы сходите в тысяча двести пятьдесят третью комнату, там служит Нелли Сергеевна, вот она точно всех знает, всю жизнь у нас председатель месткома.
Я продолжил путь по коридорам и без особых приключений отыскал даму, оказавшуюся вопреки ожиданиям не старушкой, а вполне приятной молодой особой. Во всяком случае, в моем понимании молодой. Услыхав затейливую фамилию, она нахмурилась:
– Он у нас больше не служит.
– Вы уверены? – удивился я.
– Конечно, – неохотно ответила Нелли Сергеевна.
– А куда ушел?
– Понятия не имею.
– Мне очень надо его отыскать, помогите, пожалуйста.
Нелли Сергеевна тяжело вздохнула:
– Зря вы это затеяли.
– Что? – не понял я.
– Поиски Валерия. Все равно никогда ничего не получите, да и денег уже давно нет.
– Простите, вы о чем?
Нелли Сергеевна криво улыбнулась.
– Ну передо мной можете ваньку не валять. Небось Валерий у вас одолжил крупную сумму денег и не отдал.
Я решил подыграть ей и кивнул:
– Да.
– Если не секрет, сколько? – проявила она любопытство.
– …э… сто двадцать тысяч!
– Рублей?
– Нет, долларов.
– Ничего себе, – по-детски воскликнула Нелли Сергеевна, – свои отдавали или, как бедняжка Раечка, казенные?
– Кто такая Раечка?
– Ваша товарка по несчастью, – грустно пояснила Нелли Сергеевна, – маленькая дурочка.
У меня от недосказанности слегка закружилась голова.
– Очень прошу, расскажите мне все про Валерия!
Председательница месткома отрезала:
– Абсолютно не намерена вам помогать. Сами выпутывайтесь, вот Прокопенко мне было жаль, а вас нет!
– Кто такая Прокопенко?
– Не слишком ли вы любопытны? – прищурилась дама. – И вообще, кто вы такой?
– Частный детектив, – сообщил я. – Разрешите сесть?
– Пожалуйста, – кивнула Нелли Сергеевна, – вот сюда.
Я устроился на продавленном стуле и тихо спросил:
– А что, он правда гений?
– Кто? – уставилась на меня Нелли Сергеевна.
– Валерий.
– Какие глупости!
– Но он вроде претендует на Нобелевскую премию!
