13 сокровищ полностью

– Ты! – прошептала Таня.

Шляпа-с-Пером вышел из тени.

– Мне потребовалось немало времени, чтобы привести тебя сюда. Я оставил стихотворение в твоей комнате. Я забрал газетную вырезку из комнаты Амоса и вложил в книгу, чтобы ты нашла ее. И я дал тебе повод, чтобы ты хранила компас ведьмы. Ведь ты могла бы выбросить его.

– Это был ты, – поняла Таня. – В автобусе в тот день. Это ты хотел купить компас у нас.

– Нет, я притворялся, что хотел, – сказал Шляпа-с-Пером. – Потому что знал: так ты точно оставишь его себе. Все было просто. Все было очень просто. Я знал, что ты не устоишь перед подсказками, пытаясь разгадать тайну пропавшей девицы. Ты и твой маленький глупый друг.

– Так вот чего вы хотели все эти годы? Заманить меня сюда, ради этого? Ради нее?

– Нет. Не все мы. Только я. Остальные работали, чтобы защитить тебя, – но я обманул их. Я проложил себе путь в их компанию, завоевал доверие. Мне удалось убедить их, что я предан Благому Двору и им. Хотя Гредин никогда не верил мне полностью. Но я был чересчур умен для него… чересчур умен. Видишь ли, когда Морвенна покинула мир смертных, никто и помыслить не мог, что ее хранитель останется здесь. Это была моя самая тщательно оберегаемая тайна. – Он торжествующе улыбнулся. – Тайна, которая погубит тебя.

– Так кто же мой хранитель? – спросила Таня.

– Твой хранитель – Гредин. Рэйвен – хранительница твоей бабушки. Оба согласились, что в твоих интересах – и в интересах Флоренс – оградить тебя от правды.

– А Мизхог?

Шляпа-с-Пером ухмыльнулся:

– Коротко говоря, Мизхога много лет назад твоя бабушка спасла от неприятной участи, схожей с судьбой обитателя стоков. С той поры он ей предан.

– Если они защищают меня, то почему не приходят?

– Потому что они в меньшинстве. И потому что уже слишком поздно, – произнесла Морвенна. – Всего лишь несколько минут – я буду свободна, и ты займешь мое место. Шляпа-с-Пером останется здесь и позаботится, чтобы ты не сбежала. Наконец-то я обрету свободу, которая принадлежит мне по справедливости.

Жгучая ярость захлестнула Таню.

– Ты недостойна свободы.

– Что ты сейчас сказала? – Голос Морвенны был опасно тихим, но Таню это не волновало.

– Ты эгоистична и жестока, и ты недостойна свободы! – закричала она. Ее била дрожь. – В тебе годами кипела ненависть. Ты обвиняешь мою бабушку, но только ты виновата во всем этом – ты сама. У тебя был выбор – и ты сделала его. Моя бабушка выбрала семью. Она осталась. Ее свобода принадлежит ей. Она выстрадала ее.

– Мне все равно! – пронзительно завизжала Морвенна. – У нас был договор! Флоренс предала меня – она трусиха, она должна сейчас быть здесь! Не я! Не я!

– Тебе все равно?! – Таню колотило от отвращения. – Конечно, тебе все равно! Какая тебе разница, если другие люди дорого заплатили за твою ошибку? Не только моя бабушка, Амос тоже! Его доброе имя загублено, жизнь разрушена из-за того, что ты сделала. Но тебе все равно!

– Обмен начинается. – Морвенна стала удаляться, скользя между деревьями, как призрак.

Таня билась в путах. Ей оставалось только бессильно смотреть, как Морвенна постепенно исчезает из виду… и слушать, как Шляпа-с-Пером насмехается над ее попытками вырваться. Ужас охватил ее. Она услышала, как всхлипывает, и, даже не успев осознать это, почувствовала, что горячие слезы текут по щекам. Оберон подскочил к ней, скуля от страха и растерянности. Перед внутренним взором промелькнула картинка – плакат с ее собственным лицом и безнадежным словом: ПРОПАВШАЯ.

«Я не хочу быть девочкой, которая исчезла в лесу. Я не хочу быть еще одной пропавшей в Тики-Энде».

Что-то двигалось в темноте, приближаясь к ней. Шляпа-с-Пером заметил это через долю секунды после Тани.

Рыжая.

Шляпа-с-Пером отвлекся. Такого момента Оберон давно ждал. Точно рассчитанным прыжком он кинулся на фейри и заставил его замолчать навсегда.

Лендровер с визгом остановился у самой кромки ручья. Выскочив из машины, Уорик и Фабиан помчались по воде к лесу.

Резкий звук пронзил ночь. Фабиан припустился еще быстрее.

– Что это? – тяжело дыша, спросил Уорик, когда они вбежали в лес.

– Мои часы… будильник! Поставил его на полночь!

Уорик пошарил в кармане и вытащил прядь волос. Руки его тряслись.

– Возьми! У меня есть спички – мы должны сжечь это!

Фабиан протянул руку, но волосы выскользнули у него из пальцев и упали на землю.

– Где они? – крикнул Уорик, чиркая спичкой в попытке осветить место. – Фабиан, ты идиот!

Фабиан отчаянно шарил по земле в поисках волос.

Его часы продолжали издавать пронзительный звук, будто баньши, предвещающая верную смерть.

Рыжая рассекала путы. Медленно, но верно они начали ослабевать и распадаться. Ее руки были в крови. Крученая паутина располосовала ей пальцы, когда она доставала ножницы из заднего кармана Тани.

– Что ты делаешь здесь?.. Откуда ты узнала? – Таня всхлипывала. – И где ребенок?