— Айн, цвай, драй, фир! — бормотала она про себя, наклоняясь в разные стороны. Постепенно её движения приобретали уверенность и упругость. — Али! Ты был занят, я поэтому провела эксперимент сама. Генератор Зурхеда начинает работать при очень высоких оборотах. Айн, цвай!… При тысяче в секунду, не менее. Линейная скорость на периферии должна быть не меньше звуковой. До этого сказывается вязкость газа. Лучше, поэтому, одноатомные газы… Айн, цвай, драй!… Ну, ты что, уже не делаешь зарядку? Давай, не расслабляйся! Айн, цвай… Ты же помнишь, я нашла теоретическое обоснование его работы. Автор почти неизвестен. То есть, имя-фамилия известны, но других его работ нет. Есть кое-какие популярные статейки. Ерунда всякая. Некто Алексей Шеремет. Айн, цвай, драй!
— Как ты сказала? — я прекратил делать приседания.
— Шеремет, Алексей. Я у Натачи поинтересовалась, не родственник ли он ей? Она не знает! Интересно бы пройтись по архивам…
— Постой! Ты о чём? Какой родственник?
— Ну, она же тоже Шеремет? Может быть, она ему приходится пра-пра-внучкой. Айн, цвай…, - Хелена заметила, что я начал одеваться. — Али! У тебя сегодня свадьба! Отложи все дела на потом!
Она была права. Я разделся и полез в душ. Сегодня у меня день был расписан почти по минутам.
После завтрака мною занялись жёны. Меня подстригли, побрили, подкрасили, подмазали, подпилили ногти, обработали кожу на руках и ногах, помассировали всё тело, побелили зубы. Назира просканировала меня целиком и осталась довольна результатом.
Ближе к полудню ко мне зашла Натача.
— Али! По местным традициям невеста перед свадьбой не должна находиться в одном доме с женихом.
— То есть, я накануне свадьбы должен вытолкать её взашей на улицу? Хорошие традиции! — Я покосился в угол, где за внутренним терминалом работала Хелена.
— Не перекручивай! — голос Натачи был снисходительным.
— Нет! Я понял, что ты хотела сказать! Но, по нашим традициям, достаточно, если невеста находится на половине гарема. Она же не была со мной в эту ночь?
— Ну ты меня убил! — Натача картинно всплеснула руками. Правда, это движение напоминало больше удар по рёбрам. — И ты ещё недоволен местными традициями!
— А тебе что, не нравятся наши традиции?
— Да я уже привыкла. Я думала, что Кате может не понра…
— Так у Кати и спроси, нравится ли ей! — я кажется рассердился. — Ты её родителям приглашение отправила?
— У неё нет родителей! Ты мог бы это узнать давно, если бы был к ней более внимательным. Жених! — в голосе старшей жены прозвучало… пре… небрежение? или презрение? — Она одна-одинёшенька!
— Сиротка, значит? — ляпнула Хелена.
— А в глаз? — угрожающе произнесла Натача и криво усмехнулась.
— Я же пошутила! — попыталась оправдаться моя третья жена.
— С таким не шутят!
Конечно, она была совершенно права. Следовало увести разговор в другую сторону.
— О! Натача! Я забыл, что твоя фамилия была Шеремет.
— Ну и что?
— Дело в том, что тот Алексей, которым я становлюсь в двадцатом веке, тоже был Шеремет.
— Тот самый? Автор статьи о Вечном Двигателе?
Я кивнул.
— Это интересно! Но сейчас ты должен думать о своей свадьбе. И у нас ещё есть неотложные дела.
Свадьба прошла великолепно.
Опять Самойловы предоставили свой особняк для банкета. Только на этот раз всё происходило в большом летнем павильоне, специально пристроенном для этих целей. Сначала произошла регистрация в муниципальном отделе, а потом мы провели наш обряд, сопровождаемый подписанием брачных контрактов, взаимными клятвами, в том числе — "покуда смерть не разлучит нас". Я мимоходом подумал, что люди, совершающие развод, нарушают эту клятву. Хотя, если дело дошло до развода, то они уже нарушили её.
Потом я вручал Катерине ком-очки, телефонную карточку, скафандр и вершину Натачиных изысканий — автоматический "морриц". Я такой агрегат видел впервые, но Натача, стоя перед прилавком оружейного магазина и глотая слюну, убеждала меня, что это самая крутая модель на сегодняшний день. Я подозреваю, что она мечтает поскорее засунуть пистолет в сканер и запустить его производство на наших синтезаторах.
Последним штрихом свадебной церемонии было восхождение по трапу на борт Корабля. Я внёс Катю на руках. По коридору можно было бы и не нести, но она была не такая тяжёлая, как Корасон. Я без особого напряжения донёс её до её же каюты. Это была не каюта Вайноны, а специально сделанная. В ней пока что было не очень много удобств, маловато отделки, но это в ближайшем будущем будет исправлено. Почти сразу мы покинули Корабль, чтобы присоединиться к гостям.
На свадьбу собрались почти что те же люди, что и два дня назад на свадьбу Маркова и моей дочери. Опять прилетели Вайнона и Фазиль. Был президент Ротштейн. Был Егор Фостер. Был Джек Смит.
