смотрели прямо на меня.
- Я про продукты и я серьёзно.
- Я тоже! Вот это… – выхватил Денис у меня из рук проклятые чипсы.
Как он это делает?! Я снова в ауте. Плетусь за ним, толкая перед собой эту огромную
пустую тележку для продуктов и в моей голове только и мысли о том, что он якобы
любит меня. А нужно бы, вообще-то, купить еды для моего парня… нет, еды для моего
“парня” в кавычках, ведь Антон мне вовсе не парень… вернее не официальный, да и
вообще бывший, если он вообще им был.
Боже мой, что со мной, я не могу сконцентрироваться.
- Ненавижу тебя! – клацаю я зубами.
- Я знаю, и это немного смущает… – оборачивается Денис, продолжая шагать вперед -
Но я переживу.
- Неужели? – пытаюсь язвить я.
- Ну, вот сама посмотри, ты же сама продолжаешь сейчас эту милую беседу. А у меня
много чего припасено для тебя, так что отступись. Смотри лучше на колбаску, какая
прелесть… - он остановился у лотка с мясными деликатесами – Моя мама хранит колбасу
в морозилке. Закупает её на оптовике сразу по несколько батонов и замораживает.
- Обалдеть. – кривляюсь я.
- Это моё выражение! – восклицает Денис.
- Обалдеть! – уже дразню его я, и принимаюсь выбирать между неестественно
пахнувшими аккуратными палочками солями. Потом наша тележка постепенно
наполняется другими разностями, вроде замороженных котлет и пельменей, а также
дорогущими видами коньяка и мартини.
- Вприкуску к моим чипсам! – опускается на металлическое дно тележки баклажка
пятилитровой канистры с пивом.
- Алкоголик. – заключаю я.
- Алкоголичка. – фыркая, бросает мне Денис, а потом берет ещё одно пиво поменьше
и с легкостью срывает крышку со стеклянного горлышка – А теперь, иди и попроси
одного из тех парней у входа помочь тебе донести пакеты до машины. Ты ведь жаждешь
мести этим козлам за взгляд на свой зад? А остальным скажи, что твой чокнутый парень,
не оплатив, пьет их пиво и заедает его халявными чипсами.
- Ты уверен? – насторожилась я – Двоих?
- Я очень голоден. - шепчет Денис – Надеюсь, ты не против?
- Нет… конечно, нет.
Спустя час, мы стояли у машины и передавали друг другу чёрную бутылку Хайн,
немецкого коньяка четырехлетней выдержки, который мало чем отличался от нашего
российского.
Мы смотрели за звезды на ясном безоблачном тёмно-синем небе и беззаботно
болтали.
Прохладный ветер приятно обдувал моё лицо, ласкал и теребил волосы. Денис
сдержанно улыбался, поглядывая в мою сторону… с виду он был вполне спокоен, и ни
чем не удручён, но внутри сдержан и напряжён. Я знала это, и знала, что с ним, но
