– Написать под мою диктовку «свидетельские» показания и подтвердить то же самое, когда будет спрашивать милиция. Но нужно оставить свои данные с телефоном, вам могут позвонить.
– Что за показания ещё?
– Я разобью окно и открою двери. Будет шумновато, но зато прохладно. Согласны помочь?
– Не вопрос, красавица. Давай-ка я сам выбью. Поранишься ещё. Показывай…
Я дала мужчине кочергу и показала, какое окно бить и объяснила, что практически все осколки должны оказаться внутри для полноты картины. Потом мы открыли и привязали двери, я принесла бумагу и ручки и продиктовала объяснения. Собрав в пакет осколки, забрав объяснительные, я на секунду замешкалась около пассажиров.
– Что-то ещё нужно от нас, красавица?
– Это нечестно, конечно… Но, не могли бы вы написать пару благодарностей в книгу, чтобы перекрыть этот «инцидент»? Ну, без упоминания, что именно случилось…
– Конечно! Давай книгу.
– Спасибо! Сейчас принесу.
Я поспешила в служебку за книгой. На мою смену выпало всего три станции, и до первой было ещё три с лишним часа. Забрав журнал отзывов, я отправилась в конец поезда. Собирая объяснительные, я познакомилась с проводниками, получила приглашение забегать на отдыхе и увидела одногруппницу – грудастую Катю, с которой договорились пообщаться после сдачи смены. Пассажиры потихоньку засыпали, наслаждаясь сквозняком. Некоторые даже укрылись одеялами. И все были довольны.
– Как вам теперь, прохладнее?
– Да! У нас суперские проводники, выбили стекла, чтобы можно было дышать!
Я улыбнулась.
– Тогда напишите, пожалуйста, им благодарность. Вы же понимаете, что не нужно указывать, что именно они сделали?
– Конечно! Давайте вашу книжку! А премию им дадут?
– Премию не дадут. Но за стекло не вычтут.
Через час я принесла начпоезда пачку объяснительных от проводников и от пассажиров, и наполовину заполненную благодарными отзывами книгу жалоб и предложений.
– Дина, ты отличный командный игрок! У тебя прекрасное будущее!
Мыть унитазы? Что-то я уже сомневаюсь.
– Спасибо. Я больше не нужна?
– Позову, если что… Пока вижу, что всё на месте.
– Хорошо.
Я вернулась в вагон, прошлась по нему, собрала в мешок бесконечно пополняющиеся запасы мусора, помыла туалеты, подтопила титан, посмотрела, сколько не хватает денег на чайную продукцию, добавила из кошелька и бесплатно поставила на зарядку три телефона в нашем купе. Оксанка спала, сладко посапывая. Вот ведь и духота нипочем! Налив чай, я выключила свет в служебке и смотрела на мельтешащие за окном столбы. В черноте ночи больше ничего не было видно.
Супруг будто чувствовал, что я, наконец, разобралась с текучкой, и присела подумать о своей жизни, о своих планах… уйти от него… Уже была разница во времени, глубокая ночь, мужу на работу, а он не спит. Я вышла в тамбур и набрала номер Руслана.
– Привет. Ты чего не спишь?
– Привет, лапонька. Лежу и вспоминаю раннее утро.
– Ты можешь думать о чём-то другом?
– Диночка, я и думаю о чём-то другом… А-а! Ты про наш утренний секс? Так я не забуду его никогда. Такие мостики ты ещё не делала. Я возбуждаюсь от одного воспоминания…Но я про другое раннее утро.
– Про которое?
– Помнишь лето… каникулы… нам по шестнадцать лет?
– Конечно, помню.
