— Линкоры, особенно новейшие линкоры, нельзя вверять плохо подготовленной команде. Сколько потребуется времени? Самый верный ответ — столько, сколько нужно. В Германском флоте матрос считается удовлетворительно подготовленным после двух лет службы, для экипажа в целом желанная цифра три. Подобные требования и у нас. Но, ваше императорское величество, в Германии набирают в экипаж людей с образованием не менее шести классов, а девяносто процентов унтер-офицеров имеют образование восемь классов и выше. Требование времени, Ваше Императорское Величество. Современный линкор — средоточие самой передовой техники, без хорошего образования разобраться сложно. Русский человек сметлив и талантлив, но от учебы это не освобождает. Потому скажу прямо: лучше потратить год на обучение, чем потерять линкор в первом же бою.
О Григоровиче я знаю, что это адмирал боевой, сражался в Порт-Артуре. И, что важнее, он адмирал деловой. В смысле — организатор. Знающий, что без хорошего снабжения, без материальной базы, на одном героизме можно выиграть сражение, но невозможно войну.
— Об этом мы поговорим в другой раз, — сказал Papa, и отпустил адмирала.
Когда мы остались одни, он как бы всерьёз спросил:
— Что скажешь, Алексей?
— Адмирал любит корабли, и хочет, чтобы они жили долго и счастливо, — ответил я.
— Возможно, возможно, — согласился Papa. Устами ребенка иногда говорит истина, — так он объясняет другим мое присутствие при докладах. И, конечно, тем, что наследник должен знать и сановников, и суть дел, а если чего не понимает, то позже поймёт.
— Могу теперь я задать вам, любезный Papa, политический вопрос?
— Можешь, — усмехнулся Papa. Политический вопрос, как же. От ребенка неполных десяти лет. Что ж, подобное любопытство наследника стоит поощрять.
— Ультиматум… Ультиматум, что предъявила Австрия Сербии… Сербия запрашивала Россию, как ей следует поступить? Вас, любезный Papa, спрашивала?
Papa сразу стал серьёзным.
— Видишь ли, Алексей… Это государственная тайна.
— От меня? Я что, совсем маленький? Напишу в «Газетку»? Или побегу и всё разболтаю доброму господину Пуанкаре?
Papa вдруг смутился. Похоже, он как раз и обсуждал ультиматум с добрым господином Пуанкаре.
— Хорошо. Но учти, что это — секрет государственной важности. Да, Сербия советовалась… советуется, как ей поступить.
— И что ответила Россия?
— Что нужно сделать всё возможное, но избежать войны с Австрией, — Papa явно был доволен. Миротворец, как и дедушка Александр Александрович, третий своего имени.
— А Сербия?
— Срок ультиматума истекает сегодня в полночь.
— По нашему времени, любезный Papa?
— Ах, да, ты прав. По времени Вены. У нас будет уже заполночь. Утром станет ясно.
— Благодарю вас, любезный Papa. Надеюсь… Надеюсь, у Сербии достанет благоразумия последовать вашему совету.
И я отправился переодеваться в парадный костюм, при орденах. Нам всем сегодня нужно быть на высоте: французы устраивают приём на линкоре «France». Будут речи, будут встречи, будут съёмки для газет. И для кинематографа, разумеется. Более того, будет съёмка съёмки: добрый господин Пуанкаре подарил нам французский киноаппарат, и теперь наши возможности удвоились. И адъютант, лейтенант Непряйко, будет таскать два фотоаппарата. Ничего, сдюжит. Аксельбанты того стоят.
Сестры же наряжаются давно. Как же, Франция, нет лучше в мире края! И хотя «France» не страна, а корабль, фасон нужно держать. Столько французских офицеров-красавцев! Инстинкт требовал от сестёр выглядеть так, чтобы всех — наповал!
Мне кажется, с задачей они справились. Но это была фотоохота: наповал-то наповал, но дичь осталась невредимой.
Ну, помечтать-то можно будет, о душках-французах, нет?
Нам показали всё, что мы хотели увидеть, и даже более того. Хвастались — вот какие у нас линкоры, заложили на два года позже ваших, а уже в строю, уже пришли в Кронштадт. Нет, прямо не говорили, просто скромно сказали: заложили в ноябре одиннадцатого, спустили на воду в ноябре двенадцатого. А что сейчас «France» у наших берегов, мы и сами видим.
Но Papa не завидовал. Ничего, скоро и у нас будет восемь линкоров, и это только начало! Адмирал Григорович рассказал о принципе поезда, мол, ваши величества и высочества, состав поначалу трогается медленно-медленно, но потом набирает ход и двигается с изрядной скоростью. Так и наши заводы должны набрать ход, раскочегариться, а потом корабелы начнут печь линкоры как блины, только успевай команды формировать! Куда нам столько линкоров? А на продажу! Старые будем продавать, а на вырученные деньги строить новые! Линкор — деньги — линкор! Перпетуум мобиле третьего рода! И, конечно, строить не одни линкоры, а и эскадренные миноносцы, легкие и тяжёлые крейсеры, и особенно — тут адмирал посмотрел на меня и поклонился — особенно подводные лодки!
