1916. Война и Мир полностью

Михаил Александрович вышел к ним бледный, со следами бессонной ночи на лице. Он заявил, что тоже отрекается от престола и вверяет своё будущее Учредительному собранию. Рассуждал так: уж если Собрание будет решать судьбу всей России, то и ему как части России надлежит принять это решение. Постановят быть абсолютной монархии — станет самодержавно царствовать. Постановят быть монархии конституционной — взойдёт на трон и разделит власть с Государственной думой, или парламентом, или как ещё назовут себя законодатели. А если Учредительное собрание объявит Россию республикой — станет жить-поживать со своей пепельноволосой Натальей просто как очень обеспеченный гражданин Романов.

Краткое пребывание Михаила Александровича последним, некоронованным российским императором окончилось. Гости князя Путятина вздохнули с облегчением — и охотно воздали должное шикарному обеду, который устроил хозяин-хлебосол по поводу исторического события.

Россия слиняла за три дня — это сказал Василий Розанов, любивший посиделки у непьющих друзей-критиков в меблированных комнатах «Пале-Рояль». Знаменитый философ, тайком читавший отнятые у детей детективы про Ната Пинкертона и Ника Картера, семь копеек книжка.

Через полгода Николая Александровича и его семью увезли в Сибирь. До тех пор они жили под арестом в привычном Александровском дворце Царского Села. В тиши здешних парков и библиотек болезненно отзывалась мудрость древнего китайца Лао Цзы.

Лучший правитель тот, о котором народ знает лишь то, что он существует. Несколько хуже те правители, которые требуют от народа их любить и возвышать. Еще хуже те правители, которых народ боится, и хуже всех те, которых народ презирает.

Николай Второй пытался стать лучшим правителем, а стал, выходит — хуже всех. Вопреки ожиданиям, Россия никак не успокаивалась. Полный подстрекателями Петроград бурлил, и в опасении за жизнь арестантов Временное правительство надумало отправить их от греха подальше.

Михаил Александрович приехал попрощаться с братом — его привёз Керенский, ставший уже министром-председателем. Незадачливого великого князя то сажали под арест, то предлагали ему уехать из страны, да он отказывался… На свидание братьям отвели десять минут. По-человечески поговорить при посторонних они не смогли.

Николая Александровича с семьёй после долгих обсуждений правительство постановило выслать в Тобольск. О том, что по пути с борта парохода они видели Покровское — родное село Распутина — кто только не упоминал! А о том, что прямая линия российской императорской династии началась в Ипатьевском монастыре Костромской губернии и закончилась в Ипатьевском доме Екатеринбурга, писать уже просто неловко…

…но разве можно рвать траурное кружево истории Иова Многострадального? Кто приготовляет ворону корм его, когда птенцы его кричат к Богу, бродя без пищи?

В апреле 1918 года семью царственных арестантов доставили в Екатеринбург и поселили на углу Вознесенского проспекта и Вознесенского переулка. В газетах писали о предстоящем суде над бывшим императором.

О фатальной роли числа семнадцать в своей жизни Николай Александрович говорил жене ещё в Ливадии, листая книжку Хлебникова. Семнадцатого октября, в бытность его цесаревичем, сошёл с рельсов царский поезд в Борках. Семнадцатого января он, уже российский государь, держал свою первую, такую постыдную и неуклюжую речь к собранию земского дворянства. После коронации, в ночь с семнадцатого мая, случилась смертельная давка на Ходынском поле. Семнадцатого октября Манифестом о гражданских свободах он отказался от самодержавия. В ночь на семнадцатое декабря убили Распутина. В семнадцатом году рухнула власть трёхсотлетней династии…

Утром семнадцатого июля в Москву руководителям большевистского правительства России полетела из Уралсовета телеграмма-молния. Безграмотный отчёт о выполнении партийного задания. Улика.

Сообщаем вам о расстреле бывшего царя Николая Романова, виновного в бесчисленных кровавых насилиях над русским народом, а семья эвакуирована в надёжное место.

Вечером того же семнадцатого вдогонку первой телеграмме пришла вторая, зашифрованная.

Всю семью постигла та же участь, что и её главу. Официально семья погибнет при эвакуации.

Имена тех, кто приготовлял ворону кровавый корм, не тайна. У каждой телеграммы есть авторы и отправители, есть адресаты и получатели; есть те, кто стояли за убийством. Авторы екатеринбургской трагедии известны поимённо. Что с того?