- Никакая страна не застрахована от этого. Были и у нас. По разным сведениям 800 тысяч на стороне вермахта участвовали: армия Власова около 200 тысяч, военнопленные, которых немцы использовали... У нас не было массового коллаборационизма, который на политическом уровне, как в Норвегии, как во Франции, когда есть структура политическая, которая готова захватить политическую власть. Немцы её использовали. Такого у нас не было. А проявление его на Западной Украине, в западной Белоруссии, в Прибалтике - это правда. Первые дни войны, наши войска отступают, проходят через Прибалтику, им стреляют в спину. Взрывают мосты. Всё это было. Но всё это было связано с немецкой разведкой. Бандеровцы - они уже до войны их специально готовили, для того чтобы они вошли на эту территорию, зачищали её для немцев. Они нужны были как обслуживающий материал: зачистка, 30 июня 1941-го года погром Львовский - первый акт геноцида на нашей территории совершают именно украинские националисты. А немцы смотрят, наблюдают, им это нравится. Эти вопросы, вопросы коллаборационизма у нас ещё мало исследованы, и на них надо обращать особое внимание, в том числе сравнивая наш коллаборационизм с европейским. В Европе этот вопрос стараются обходить, это неудобно... Они стыдятся своего коллаборационизма.
- Это хорошо, что стыдятся...
Сегодня открывается Военно-историческое собрание, круг вопросов, которые будут обсуждаться...
- В рамках этого собрания будет конференция, посвящённая началу войны, собираются ведущие военные историки, директора архивов, которые будут говорить о том, почему мы сегодня будем это обсуждать, и почему этот вопрос для нас сегодня абсолютно важен. Накануне 1941-го года мы не сумели определить, что такое глубокая оборона. Мы врага собирались отразить накоротке. Построить линии обороны по линии Западная Двина - Днепр, это стратегическая линия обороны, и линию обороны на дальних подступах Москвы. Не успели этого сделать. Эти вопросы очень актуальны. Обсуждая их с сегодняшней позиции, мы можем лучше определить значение стратегической обороны наших союзников, вероятных противников на сегодняшний день.
- А историку легко отрешиться от эмоций, от собственных политических симпатий, предпочтений?
- Историку очень нелегко отрешиться от эмоций. У него есть пристрастия, любимые исторические персонажи, любимая тема... Когда мы говорим о роли Сталина, необходимо максимально отрешиться от эмоций и посмотреть непредвзято. Иначе мы допустим те же самые ошибки... Аргументы, документы... В первые дни войны Сталин был обескуражен, подавлен, но не потерял нити управления государством. Его обращение 3 июля 1941-го года мобилизовывало страну. Немцы рассчитывали, что после первых поражений будет политический распад страны, которую легко можно будет взять... Сталин мог покинуть Москву в октябре 1941-го года. Все ему советовали. Но он не покинул Москву, потому что понимал значение морального фактора. Человек, который обладает всей полнотой власти, пока он в центре, пока он говорит, страна держится. И как оценить эту роль? Кем является лидер? От лидера и тогда, и сегодня зависит очень многое... От командующих округов тоже очень многое зависит... Умение принимать ответственное решение в критический момент... Зачатки создания антигитлеровской коалиции уже тогда намечались. А если бы мы выступали в роли агрессора, как поступили ли Англия и Америка?.. Они бы вступились за нас? Если мы окажемся в окружении, это будет повторение Крымской войны. Мы должны были пройти где-то между Сциллой и Харибдой. По очень тонкому краешку. С одной стороны оставить себе союзников в лице западной демократии, а с другой стороны каким-то образом подготовиться, чтобы первый удар не был таким ошеломляющим. К сожалению, это не удалось. Получилось так, что мы получили союзников, в конце концов, но первый удар нанёс нам громадный ущерб, который сказывался не только в 1941-ом году, но в 1942-ом году. И привели нас до стен Сталинграда.
- Историки, в конце концов, разберутся. Что делать обывателю, как обывателю отделить историческую правду от истерической, вольной или невольной лжи?
- У нас есть научное сообщество, выпускаются очень хорошие, добротные труды... Но всё-таки это научный язык. Конечно, многие интересуются, и будут читать. Но нужны те книжки, где доступным языком, хорошим русским языком излагались бы эти сложные проблемы, которые были бы понятны. У нас не хватает сегодня таких писателей, авторов, историков, которые могли бы доносить эти истины, основанные на документах, не перевирая, не придумывая, а, прослеживая всю линию документов, доводить до читателя. Тогда мы будем конкурентоспособны с западными авторами. Пока таких авторов, к сожалению, не хватает. Нужны такие инициативы, нужны такие писатели.
- Какие главные качества нужны историку, работающему в России?
- Талант, жжение в груди и в голове, для того чтобы открывать то-то новое. Главное - не потерять эту нить, когда тебе что-то новое хочется открыть и донести до читателя.
