– Положение короля Константина Первого достаточно зыбко. С одной стороны, он благодарен нам за то, что мы фактически вернули ему трон, прислав эскадру боевых кораблей к берегам Греции в качестве почетного эскорта. С другой, вся история с Ромеей делает его в глазах народа и элит монархом-неудачником, да еще и ставленником русских, которые отобрали у греков Ромею. Я имел сегодня продолжительную встречу со своим греческим коллегой, который, как известно вашему величеству, прибыл в Константинополь с рабочим визитом. Ситуация довольно тяжелая, и позиции проанглийской партии вновь усиливаются. Пока до нового изгнания короля дело не дошло, но к тому идет, и наша задача не допустить этого. В связи с этим я предлагаю вернуть грекам мечту и поднять чувство собственной значимости. В конце концов, чем они хуже итальянцев?
Ну, например, тем, что у них не было принцессы Иоланды Савойской. Но, в принципе, Свербеев прав, греки ничем не хуже. Толком воевать не умеют ни те, ни другие, а стратегическое положение важное и у тех, и у других.
– И каким образом вы предлагаете поднять грекам чувство собственного величия?
Министр иностранных дел выложил то, ради чего он, собственно, и пришел.
– Государь! Я предлагаю продать королю Константину Эллинскую империю.
Я хмыкнул. Вот умеет Свербеев удивлять и предлагать хитрые решения. Возможно, именно поэтому он все еще министр.
– Продолжайте. Крайне любопытно, что же вы придумали на этот раз.
Тот склонил голову в церемониальном поклоне.
– Благодарю, ваше величество. Я предлагаю вот что. Первое. Передать Греции квартал Фанар в Константинополе. Кафедра патриарха все равно переехала с собор Святой Софии, а Фанар все равно населен греками. А за Фанар можно в порядке «уточнения границ» получить взамен какой-нибудь остров. Или даже несколько.
– Хм… Дальше.
– Второе. Позволить королю Константину перенести формальную столицу Греции в Фанар. Это позволит ему объявить о том, что Константинополь – столица Эллады, как они о том и мечтали. Мы уж как-нибудь поместимся в одном городе.
Граф взглянул на меня, но я не стал что-либо комментировать. Пусть выложит всю идею.
– Третье. Мы позволим ему короноваться императорской короной в соборе Святой Софии, что позволит ему объявить себя императором, а Великую Эллинскую империю восстановленной. Четвертое, объявляется новое прочтение восстановления древнего величия, давшего современной цивилизации все, из чего она состоит, – концепцию Novum Pax Romana et Hellas, чем привяжем Грецию к нашему с Италией союзу…
В дверь постучали. Появился адъютант:
– Государь! К вам генерал Свечин со срочным сообщением!
– Проси!
Начальник Генштаба Ромеи не разменивался на церемонии:
– Государь, срочные сообщения. Первое – во время разведывательного полета кемалисты обстреляли из спаренного зенитного пулемета наши самолеты. Один истребитель упал, объятый пламенем. Пилот погиб. Другой наш самолет сумел в ответ обстрелять из авиационного пулемета отряды Кемаля и с повреждениями сумел вернуться на наш аэродром. Второе – сообщение из Анкары. В городе вспыхнул мятеж против султана…
Империя Единства. Ромея. Константинополь. Дворец Единства. Кабинет его величества. 5 мая 1918 года
– Есть более подробные сведения из Анкары?
Свечин доложил:
– Государь! Пока поступили лишь самые первые сообщения. Указывается, что солдаты 57-го пехотного полка сегодня попытались ворваться в дворец султана, но охраняющий здание отряд хамидие дал отпор и отбил первую атаку. В настоящий момент мятежники окружили дворец и требуют отречения султана. Сообщается, что волнения перекинулись на ряд других полков, расквартированных в Анкаре. Но повторюсь, сведения пока непроверенные и достаточно противоречивые.
Османская империя. Анкара. Посольство Единства России и Ромеи. 5 мая 1918 года
Взрыв сотряс оконные стекла. Тут же на пороге возник адъютант и нервно сообщил:
– Нас обстреливают! Нужно в укрытие!
Личный представитель императора Михаила Второго кивнул и коротко поинтересовался:
– Люди в убежище?
Адъютант кивнул:
– Так точно. Еще четверть часа назад, как вы и приказали!
– Хорошо.
Новый хлопок на улице и новая встряска стекол.
– Где-то на заднем дворе, ваше высокопревосходительство!
Гусейн Хан согласился:
– Да, похоже на то. Похоже на то. Что ж, делать нечего, идемте в убежище.
Они быстро спускались по лестнице в чрево убежища, отмечая раз за разом раздающиеся снаружи взрывы.
Империя Единства. Ромея. Константинополь. Дворец Единства. 5 мая 1918 года
– Все будет очень сильно хорошо,
Да так, что ого-го-го-го!
Я шел по залам дворца и напевал себе под нос собственную песенку на мотив «Я шагаю по Москве».
Ого-го-го-го. Не добавить и не убавить.
