– Ну слава богу – вздохнул я облегченно – Теперь смотри, вот что ты будешь делать! И запомни – ты танцуешь… хмм… жестоко! Вот как назовем это – жестокий танец! Ты наседаешь на меня, наседаешь! Потом я на тебя! И мы плывем, плывем! Вот так! Так!
Ольга была очень понятлива и память ее была если и похуже моей, то наверняка превышала по уровню память большинства из женщин, которых я встречал в своей жизни. А еще – она была прирожденной танцовщицей – с чувством ритма, с пониманием мелодии, которую она сама же и пела, ни разу не сбившись ни с одной ноты. Через двадцать минут номер был готов.
Мы вышли из комнаты под равнодушным взглядом нашего охранника и под слегка насмешливыми взглядами официантов и официанток, пробегающих мимо нас на кухню. Ясное дело, думали они вполне однозначное. Да и черт с ними. Мало ли кто что думает? Да если бы мы и вправду там сексом занимались, и что тогда?
Однажды Сталину доложили, что у маршала Рокоссовского появилась любовница и это – известная красавица-актриса Валентина Серова. Мол, что с ними теперь делать будем? Сталин вынул изо рта трубку, чуть подумал и сказал:
Мы успели как раз к самому началу соревнования. Пар набралось с десяток, и какими по очереди вызовут нас, я не знал. Может восьмыми, а может и первыми.
Но получилось именно так, что восьмыми. Первая пара исполнила что-то из ковбойского репертуара – два прихлопа, три притопа. Вторая примерно то же самое. Третья сподвиглась на аргентинское танго, что было очень тепло принято зрителями – хлопали и свистели долго, явно народу понравилось. Тем более что девица была в коротких шортах, и это явно было по душе большинству мужчин. Хотя честно с казать – ляжки у мадамы были довольно-таки дряблые, этого не мог скрыть даже рассеянный свет прожекторов.
Дальше все шло примерно в том же порядке – ковбои-кантри, ковбои-танго. Почему-то никто не сподвигся ни на что современное – может клуб не тот?
Ну вот дошла очередь и до нас. Я предварительно успел сбегать к парням из оркестра и объявил, чего от них хочу добиться. Парни ничуть не удивились, работающие в клубе музыканты по-определению не должны ничему удивляться – отвыкают! Я даже попросил, чтобы они попробовали сымитировать голос этакого техасца, с гнусавинкой в нос – и мы с Ольгой вышли на сцену.
Кстати, когда она успела – не знаю, видимо когда я бегал к оркестрантам – она сняла лифчик, и теперь ее груди, не сдерживаемые бюстгалтером, свободно колыхались в белоснежной блузке с глубоким вырезом. Вернее так: они не колыхались, а торчали, и вздрагивали, когда она шла к сцене, почти что печатая шаг. Выглядело это очень завлекательно, тем более – под лучом прожектора подсвечивающего и обозначающего ее формы. Нет, блузка не была прозрачной, но… почти прозрачной. И… «убейте меня люди добрые!» – если это не выглядело сексуальнее голых теток, весь вечер вертевшихся возле полированного шеста! Ольга была просто обалденна и вызывающе сексуальна!
Мы отработали номер великолепно, я это чувствовал. И я не подкачал, но Ольга – ее выступление запомнят здесь очень и очень надолго. Если не навсегда. Кстати, я видел и вспышки камер – кто-то умудрился еще и сфотографировать то, как мы танцуем. А может даже и снять на кинокамеру?
После окончания номера зал разразился громовыми аплодисментами и свистом! Люди топали, орали, хлопали в ладоши, а мы только улыбались и тяжело дышали, глядя друг на друга с довольной улыбкой. А потом я притянул к себе Ольгу и чмокнул ее в полные, сладкие губы. И мы пошли со сцены, вызвав эти поцелуем новую, еще более сильную волну восторга.
Честно сказать, я не ожидал выигрыша, не ожидал, что наша пара станет первой. Нет, ну так-то надеялся, да – иначе зачем выходить соревноваться! Но сразу заявил Ольге, что ожидать особо нечего, здесь скорее всего
Нет, в самом деле, искренне – когда объявили победителей, я не поверил своим ушам. Но когда прожектора скрестились на нашем столике и ведущий громогласно пригласил нас на сцену – тут уже никаких сомнений не осталось. Да, мы победили. И если хорошенько подумать – понятно, почему. Наш танец отличался от стандартных так же, как отличается лошадь с седлом от лошади без седла.
