Интересно, что сейчас с Никсоном? Он вообще-то жив? А еще очень интересно – как эти придурки собирались оправдаться после моей смерти?
Выходим в коридор. Там чисто. Никаких охранников, никаких зрителей. Быстро, но не бегом следуем к лифту, жму кнопку первого этажа, и через минуту мы проходим мимо швейцара, даже не успевшего отреагировать на наше появление. Еще десять секунд и я открываю дверцу «чекера», желтого такси, пропуская вперед Ольгу. Плюхаюсь на сиденье и медленно, четко, фиксируя заспанного таксиста взглядом, командую:
– Вперед, и побыстрее. Потом скажу, куда поедем.
Таксист зевает, пожимает плечами, чекер рыкает движком и медленно трогается с места. Поехали!
– Что это было? – Ольга тихо бормочет мне в ухо, прижимаясь к плечу – Это кто такие были? А где охранники? Почему нас не охраняли?!
– Это и были охранники – так же тихо бормочу я, и оглядываюсь назад. И сразу же сердце екает – машина! Знакомая машина! Та самая, оперативная! О господи… значит еще ничего не закончилось. И что делать? Такси едет медленно, водитель позевывает, глядит по сторонам. Про таких говорят: «Поднять-то подняли, а разбудить забыли!»
– Эй, парень, послушай меня! – обращаюсь к таксисту через окошко в перегородке (не все, но многие чекеры оборудованы специальной перегородкой между водителем и пассажирами – она уберегает водителя от нападений шпаны) – Если ты не прибавишь хода и не попытаешься оторваться от машины, которая едет за нами от самого отеля, возможно что у тебя будут неприятности!
Водитель испуганно смотрит в зеркала заднего вида – я вижу, как он суетится. Машина заметно прибавляет ход и мчится уже как завзятый стритрейсер. Но куда там! Уйти от оперативной машины с форсированным движком и специально обученным водителем за рулем – это практически нереально.
– Вы во что меня втравили?! – вопит таксист, парень лет тридцати, и резко сворачивает направо, видимо надеясь сбросить преследователя с хвоста. Но тот не отстает, и похоже, что пытается пойти на обгон. Водила виляет, не дает ему обойти и куда-то прорывается. Куда? Не знаю. Может, к полицейскому участку? Или знает, где постоянно тусуется патрульный экипаж полиции? Можно гадать, а можно вцепиться с дверные ручки и ждать, когда проблема разрешится сама собой. Должен же таксер знать, где укрыться от бандитвы! Это его город, и кому, как не таксисту знать город досконально?
Точно. Вон вижу патрульную полицейскую машину, таксист рулит прямо к ней. С визгом тормозов останавливается, подняв облако пыли на обочине и бежит к «патрульке», оглядываясь на застывший поодаль темный автомобиль преследователей.
Пытаюсь открыть дверь такси, и не могу – сучонок ее заблокировал. Жду, когда подойдет таксист и с ним вместе патрульный коп.
– Вот, сэр! Вон та машина за нами гналась! А этот парень мне и говорит – вон мол, машина гонится, прибавь скорость а то будут тебе неприятности! Вы разберитесь с ними, сэр!
– Разберемся! – цедит сквозь зубы дюжий полицейский, поправляя свою красивую шляпу. Да, форма здешних копов на мой взгляд очень красива – шляпы, красивое голубое сукно формы – это тебе не дурацкая форма нынешних советских полицейских. Тьфу! Милиционеров, конечно! Дурацкие неудобные кители, фуражки, вечно слетающие с головы. Чтобы бежать за преступником, надо эту фуражку снять, иначе она точно окажется в придорожной канаве – ветром с башки сдует.
Впрочем, возможно что я и слишком уж критичен к форме наших ментов. Но вот не нравится она мне, и все тут! Устарела. Я про советскую ментовскую форму. В двухтысячных у полиции появилась новая форма, и вот та уже гораздо удобнее прежней.
Коп выше меня ростом. Молодой, сытый, дородный – парень из хорошей семьи. Смотрит строго, на лице нет ни тени сна. Он не спал, а бдил за порядком. Ну что же… плюс ему! Порядочный коп! Главное, чтобы на нас с Ольгой уже не дали ориентировку. Тогда нам точно трындец. А вот если эти твари в оперативном автомобиле действуют по своей воле, неофициально, тогда у нас еще есть шанс.
– Сэр, прошу вас предъявить содержимое карманов! – строго требует коп, и мне сводит физиономию, как от кислого лимона. Сейчас начнется! Молчу, и медленно начинаю выкладывать на капот чекера это самое содержимое: тринадцать тысяч баксов наличными (внушительная пачка, между прочим!), и самое главное – приличная жменя драгоценностей – колье с изумрудами, серьги, кольцо с бриллиантом. Полицейский меняется в лице и делает знак своему напарнику. Тот подходит, держа руку на рукояти револьвера.
– Джон, видал?! У него драгоценности в карманах! И денег – видал сколько?! Похоже, что кого-то грабанул! В участок его надо!
– Парни, я объясню – начинаю я, и тут же меня затыкает первый коп:
– Молчать! В участке будешь объяснять! Деньги сложи в карманы, драгоценности тоже – в участке с тобой разберемся! Оружие есть? Ты его обыскал? Нет? Да что ж ты стоишь, обыскивай, давай! И девку тоже обыскивай! Видно же, одна шайка!
– Вы что творите?! – пытается возмущаться Ольга, и тут же едва не получает удар дубинкой. Я ее успокаиваю: «Тссс… молчи!»
