Хьюдж-Беккет вслед за ним переступил порог. На его лице была сложная смесь смущения и торжества. Ему не удалось самому уговорить меня, и теперь он собирался насладиться зрелищем того, как я уступлю кому-то другому.
Я провел их в сине-золотой парадный салон. Там не было гостеприимно горящего камина, но отопление работало как часы.
- Слушайте, Рэндолл, - настойчиво сказал принц, - пожалуйста, поезжайте в Москву.
- Могу я предложить вашему королевскому высочеству выпить? - попытался я сменить тему.
- Нет, не можете. Сядьте, Рэндолл, выслушайте меня и давайте перестанем ходить вокруг да около.
Двоюродный брат королевы уселся на шелковом диванчике эпохи Регентства и жестом указал нам с Хьюдж-Беккетом на стоявшие напротив стулья.
Он был моим ровесником, возможно, на год-другой старше, и в прошлом мы встречались очень часто. У нас было общее пристрастие - лошади. Он больше увлекался игрой в поло, чем скачками, тем не менее нам доводилось несколько раз вместе скакать в стипль-чезах. Он был умным и прямым человеком, с виду высокомерным и резких, но я видел, как он плакал над телом любимого коня.
Мы иногда встречались на всяких закрытых для широкой публики раутах, но не были коротко знакомы. До сегодняшнего дня он ни разу не бывал у меня дома, а я у него.
- Вы ведь знаете Джонни Фаррингфорда, брата моей жены? - спросил принц.
- Мы встречались, - ответил я, - но не очень часто.
- Он хочет участвовать в следующих Олимпийских играх. В Москве.
- Да, сэр. Мистер Хьюдж-Беккет говорил мне об этом.
- Выступать в многоборье.
- Да.
- Видите ли, Рэндолл, есть одна проблема… Мы не можем отпустить его в Россию, пока все не разъяснится. По крайней мере, я не хочу допустить, чтобы он ехал туда, если есть хоть малейшая вероятность, что вся эта штука полыхнет нам прямо в глаза. Я не отпущу, просто не отпущу его туда, пока есть хоть небольшая вероятность… инцидента… который мог бы коснуться кого-нибудь еще из нашей семьи. Или всей британской нации. - Он откашлялся. - Конечно, я знаю, что Джонни не имеет никакого отношения к трону и к династии, но все же он граф и мой шурин, и хотя вся мировая пресса забеспокоилась, это честная игра.
- Но, сэр, - мягко возразил я, - Олимпийские игры - соревнования совершенно особые. Я знаю, что лорд Фаррингфорд хороший спортсмен, но он может не пройти квалификационный отбор, и все проблемы сразу снимутся.
Принц протестующе затряс головой:
- Если проблема не разрешится, то Джонни не пройдет квалификацию даже в том случае, если окажется лучшим из лучших.
- Вы собираетесь помешать этому? - задумчиво спросил я.
- Да, собираюсь. - Принц говорил весьма уверенно. - Хотя это наверняка вызовет большие разногласия в нашей семье - ведь и Джонни, и моя жена всем сердцем жаждут, чтобы он оказался в команде. И знаете, у него отличные шансы. Этим летом он уже победил в нескольких соревнованиях, он усиленно тренируется, чтобы полностью соответствовать мировому классу. Мне бы не хотелось вставать на его пути… Вот почему я прошу вас выяснить, что же делает опасной поездку в Россию… если, конечно, такая опасность существует.
- Сэр, но почему я? Почему не дипломаты?
- Они взвалили всю ответственность на меня и умыли руки. Они считают - и я, между прочим, согласен с ними, - что лучше всего действовать частным образом. Особенно если может возникнуть нечто, чего мы не хотели бы видеть в официальных донесениях.
Я промолчал, но мое несогласие было видно невооруженным глазом.
- Посудите сами, - сказал принц, - мы с вами давно знакомы. У вас мозги вдвое лучше моих, и я доверяю вам. Я очень сочувствую вашим неприятностям из-за зрения и понимаю, что они влекут за собой целую кучу проблем, но сейчас у вас появилось много свободного времени и вам нужно его заполнить. Так что если ваш управляющий мог заставить вашу ферму работать как часы, пока вы завоевывали лавры в Челтенхеме и Эйнтри, он с тем же успехом справится с делами, пока вы будете в Москве.
- Надеюсь, что это не вы подгадали ввести запрет на очки как раз сейчас, чтобы дать мне возможность выполнить ваше поручение, - сказал я.
Он уловил горечь в моих словах и сдержанно усмехнулся.
- Скорее это были те любители, которые сговорились убрать вас с дороги.
- Некоторые из них уже клянутся, что они вовсе этого не хотели.
- Так вы поедете? - спросят принц. Я внимательно посмотрел на свои руки, побарабанил пальцами по столу, снял и вновь надел очки.
- Понимаю, что вы не хотите, - продолжал принц, - но, поверьте, мне больше не к кому обратиться.
- Сэр… ну ладно… но неужели нельзя отложить это до весны?. Я думаю… вы сможете найти кого-то получше…
