- Миссис Неррити меня ждет, - нерешительно сказал я, но она перебила меня:
- Кто? Как вы сказали?
- Неррити. Миссис Миранда Неррити. Но…
У нее буквально упала челюсть.
- Но я же ее знаю, - сказала она. - Или, по крайней мере, встречалась… Ведь ее мужа зовут Джон Неррити, да?
Я в замешательстве кивнул.
- Их лошадь выиграла Дерби, - сказала Алисия. Я поднял голову. Лошади. Столько лошадей.
- Что такое? - спросила Алисия. - Почему вы такой… мрачный?
- Верно, - сказал я. Это был не совсем чтобы ответ. - Садитесь в машину. Я буду рад, если вы поедете со мной. Конечно, если вы на самом деле собираетесь ехать. Но весьма вероятно, что сегодня вечером мы в Ламборн не попадем. Ничего?
Вместо ответа она уселась на переднее сиденье и закрыла дверь. Я обошел машину и сел рядом. Когда я завел мотор и выехал из ворот, она сказала:
- Лошадь Неррити выиграла Дерби в прошлом году. Ординанд. Помните?
- М-м… - На самом деле я, конечно, не помнил.
- Лошадь была не особо выдающейся, - задумчиво сказала она, или, по крайней мере, никто ее таковой не считал. Конь был аутсайдером.
Тридцать три к одному. Но он выиграл и в этом году. - Она замолчала. Мне невыносимо думать об этом ребенке.
- Его зовут Доминик, - сказал я. - Выньте карту из «бардачка» и найдите кратчайшую дорогу в Чичестер.
Она потянулась за картой.
- Сколько ему лет?
- Не знаю.
Стоял золотой полдень. Мы поехали на запад через Суссекс и наконец прибыли в брикуотерский отель. Он стоял прямо на усыпанном галькой берегу у Вест-Виттеринга.
- Смотрите, - сказал я, нажимая на тормоз и стаскивая с себя галстук, - ведите себя как отдыхающая. В отель входите не торопясь. Разговаривайте со мной. И старайтесь не казаться взволнованной. Ладно?
Она озадаченно посмотрела на меня, потом поняла.
- Думаете… кто-нибудь следит?
- Обычно да, - строго сказал я. - Всегда нужно принимать во внимание, что кто-нибудь следит. Похитители оставляют наблюдателей, чтобы увериться, что не набежит полиция.
- О!
- Итак, мы тут отдыхаем.
- Да, - ответила она. - Выходим.
Мы, потягиваясь, вылезли из машины. Алисия отошла на несколько шагов от отеля посмотреть на Ла-Манш, прикрывая глаза рукой и говоря со мной через плечо:
- Пойти, что ли, поплавать…
Я обнял ее за плечи и немного постоял рядом с ней.
- Не забывай о медузах, - поддразнил ее я, и мы вошли в стеклянные двери отеля в широкий, заставленный креслами вестибюль. За столиком сидело несколько человек, а за полированной коричневой конторкой с надписью «Регистрация» туда-сюда расхаживала девушка.
- Привет, - с улыбкой сказал я. - Тут вроде бы остановились наши друзья. Миссис Неррити.
- И Доминик, - добавила Алисия.
- Верно, - спокойно ответила девушка. Она просмотрела список постояльцев. - Комната тридцать шесть… но они скорее всего еще на пляже.
Славный денек, не правда ли?
- Чудесный, - кивнула Алисия.
- А вы не могли бы позвонить в номер? - спросил я. - На всякий случай.
Девушка послушно повернулась к коммутатору и, к собственному удивлению, получила ответ.
- Возьмите трубку, - сказала она, положив трубку на конторку, и я с надлежащей улыбкой взял ее.
- Миранда? - спросил я. - Это Эндрю Дуглас.
- Где вы? - тихо спросила она полным слез голосом.
- Внизу, в отеле.
- Ох… поднимайтесь… я просто не могу вынести…
- Уже иду, - ответил я.
Девушка указала нам, куда идти. Мы добрались до комнаты с видом на море с двумя кроватями и отдельной ванной. Нам открыла Миранда Неррити.
Глаза у нее распухли, в руке она сжимала промокший носовой платок.
- Они сказали, - в промежутках между рыданиями говорила она, - тот человек в Лондоне сказал… вы вернете Доминика… он обещал… Эндрю Дуглас вернет его… он всегда добивается… не волнуйтесь… но как я могу не волноваться? О Господи… мой малыш… Верните его мне. Верните!
- Хорошо, - мягко сказал я. - Сядьте. - На сей раз я обнял за плечи не Алисию, а ее, и повел ее к одному из кресел. - Расскажите нам, что случилось. Тогда мы составим план, как его вернуть.
Миранда немного взяла себя в руки, с удивлением узнала Алисию и показала на листочек бумаги, лежавший на одной из кроватей.
- Мне передала его маленькая девочка, - сказала она сквозь слезы.
- Она сказала, что ее попросил какой-то дядя. О Боже… Господи…
- Сколько лет было девочке? - спросил я.
- Что? А… восемь… около этого… не знаю.
Алисия опустилась на колени возле Миранды, чтобы ее утешить. Ее собственное лицо снова было бледным и напряженным. Я взял листок, развернул его и прочел неуклюже отпечатанное послание:
«Твой ребенок у нас. Позвони своему старику. Пусть едет домой. Мы скажем ему, чего мы хотим. Никому ничего не рассказывайте, если хотите, чтобы ваш ребенок к вам вернулся. Не обращайтесь в полицию, иначе мы наденем ему пластиковый мешок на голову. Усекла?»
Я выпустил бумажку.
- Сколько Доминику лет? - спросил я.
- Три с половиной, - ответила Миранда.
