- Ага, - он искоса глянул на меня. - Это ему прямо под дых пришлось. Он сказал, что не может себе этого позволить. Затем стал умолять меня не уходить. Да и с Райтсвортом у него тоже не больно ладится. Да и кто с этим легашом поладит? Вот он и ходит такой издерганный со всех сторон и валит все на свою жену. - Он глянул на Миранду, которая снова залилась слезами. - Похоже, она работала у него секретаршей. Вон у него на столе ее фото. Красотка, ничего не скажешь.
Похоже, снимали ее в студии. Ангельски хорошенькое личико с тонкими чертами, большими глазами и еле заметной улыбкой. Наверняка снимали прямо перед свадьбой, в тот миг, когда она была наиболее привлекательна, до того, как жизнь прокатилась по ней и втоптала в грязь все пленительные мечты.
- Ты сказал ему, что мы и за так ему поможем? - спросил я.
- Ни хрена. Честно говоря, он мне не нравится.
Наша фирма иногда работала бесплатно, но это зависело от обстоятельств. Все партнеры признавали, что семье, попавшей в беду, все равно надо помочь, и никто из нас не ворчал по этому поводу. Мы все равно никогда не запрашивали много, так что разбогатеть нам не светило. Мы, в общем-то, боремся с расходами, а не увеличиваем их. Просто гонорар и расходы - и никаких процентов. Наши клиенты точно знают, что сумма выкупа ни в коем случае не влияет на наше собственное вознаграждение.
Внезапно зазвонил телефон, заставив всех в комнате подскочить. И Тони, и Райтсворт замахали Неррити, чтобы он поднял трубку, и он подошел к телефону так, словно боялся обжечься. Я заметил, что он весь напрягся даже живот втянул, и дыхание его стало частым и неглубоким. Если бы в комнате было совсем тихо, мы услышали бы, как колотится его сердце. Когда он протянул дрожащую руку к трубке, Тони уже включил запись и усилитель, так что все в комнате могли расслышать слова звонившего.
- Алло, - хрипло выговорил Неррити.
- Это вы, Джон? - Звонила женщина. Ее высокий голос звучал взволнованно. - Вы меня ждете?
- О… - Миранда смущенно вскочила на ноги. - Это мама. Я просила ее…
Она затихла, когда муж, слишком быстро расслабившись от напряжения, убийственно глянул на нее и передал ей трубку. Она умудрилась взять ее, не коснувшись его руки.
- Мама? - дрожащим голосом спросила она. - Да, приезжай пожалуйста. Я думала, что ты уже едешь…
- Девочка моя, когда ты позвонила, ты была в таком волнении. Сказала, что не будешь рассказывать мне о том, что случилось. Я переполошилась.
Я не хочу вмешиваться в ваши с Джоном отношения, ты же знаешь.
- Мама, просто приезжай. - Нет, я…
Джон Неррити вырвал трубку у жены и почти проорал:
- Розмари, приезжайте. Вы нужны Миранде. Приезжайте как можно скорее. Ладно?
Он раздраженно швырнул трубку, и я подумал - неужели этот властный хозяйский тон поможет доставить сюда родительницу? Телефон почти сразу же зазвонил снова. Неррити взбешенно схватил трубку:
- Розмари, я же сказал вам…
- Это Джон Неррити? - спросил мужской голос. Громкий, агрессивный, угрожающий. Это была не Розмари. У меня самого дрожь по спине прошла. Тони склонился над записывающим устройством, проверяя дрожащие стрелки.
- Да, еле слышно сказал Неррити; как будто у него весь воздух вышел из легких.
- Слушай. Слушай хорошенько. Ты найдешь коробку с пленкой у своих парадный ворот. Делай так, как там будет сказано.
Последовал резкий щелчок и гудки, а затем Тони, нажимая на кнопки, заговорил с кем-то, видимо, с телефонистом.
- Вы определили источник второго звонка? - спросил он.
Ответ мы прочли по его лицу.
- Ладно, - задумчиво сказал он. - Спасибо. Нужно, чтобы разговор продлился не менее пятнадцати секунд, - сказал он Неррити. - Лучше, чем в прежние времена. Хуже всего то, что бандюги тоже об этом знают.
Неррити уже пошел к передней двери, и теперь мы слышали, как он хрустит по гравию.
У Алисии и в самом деле был очень бледный вид. Я опустился на колени рядом с ее стулом и обнял ее.
- Можешь подождать в другой комнате, - сказал я. - Посмотри телевизор. Книжку почитай.
- Ты же знаешь, что я не могу.
- Извини за все. - Мы даже не заметили, когда перешли на «ты», настолько это получилось легко и естественно. Она быстро глянула на меня.
- Ты пытался отправить меня домой к Попси. Я сама виновата, что осталась здесь. Я в порядке. Я не помешаю, честное слово. - Она сглотнула.
- Так странно… видеть все это с другой стороны.
- Ты чудесная девушка, - сказал я. - Попси так мне и говорила, и она права.
Она выглядела уже чуточку не такой испуганной и на миг положила голову мне на плечо.
- Ты моя опора, сам знаешь, - сказала она. - Без тебя все рухнуло бы.
- Я буду здесь, - сказал я. - Но лучше было бы, если бы вы с Мирандой пошли на кухню и нашли что-нибудь поесть. Сами поели бы чего-нибудь.
Чего-нибудь сладкого. Печенья, пирога - чего-нибудь в этом духе.
- От этого толстеют, - автоматически сказала она совершенно по-жокейски.
- Сейчас это пойдет вам на пользу. Сахара - естественный транквилизатор. Потому те, кто несчастен, все время едят.
- Ты знаешь много очень необычных вещей.
- И еще, - добавил я, - я не хочу, чтобы Миранда услышала то, что будет на пленке.
