Девушка в розовом бикини перестала выискивать ракушки и стала высматривать еще и маленьких девочек, а я снял рубашку и стал понемногу поджариваться на солнце.
На берегу ничего особенно драматического не происходило. Горячий полдень перетек в файф-о-клок. Футболисты пошли к волноломам, а розовое бикини отправилось поплавать. Мы с Тони встали, потянулись, встряхнули и сложили полотенца, и как добрые отдыхающие отправились к моей машине и поехали в Итченор.
Иглер, неприметный в своей рубашке без ворота, в мешковатых серых фланелевых брюках и неряшливых теннисных туфлях, попивал чай в «Серебряном парусе» и что-то писал на почтовой открытки.
- Можно присесть рядом с вами? - вежливо осведомился я.
- Садись, парень, садись.
Это было обыкновенное кафе - на столах бутылочки с соусами, по стенам фрески с изображением плывущих кораблей, пол выложен коричневой плиткой, пластиковые складные стулья голубого цвета. У кассы объявление: «Лучшие чипсы на побережье». Теплый запах масла в воздухе словно бы подтверждал их популярность.
- Мой человек нашел вашу девочку, - сказал Иглер, приклеивая марку на открытку. - Шарон Уэллор, семь лет, живет в гостинице с субботы. Она не может описать человека, который передал ей записку. Она говорит, что он дал ей за это несколько фруктовых пастилок, и боится, что мама узнает. Мама запрещает ей брать конфетки у незнакомых людей.
- А она знает, старый он был или молодой?
- Для семилеток любой старше двадцати уже старик, - ответил Иглер.
- Она, однако, сказала моему сотруднику, где она живет, так что мы, может быть, еще ее порасспрашиваем. - Он посмотрел на нас. - У вас еще какие-нибудь идеи появились, да?
- Да, - сказал Тони. - Похитители часто увозят свои жертвы недалеко от места похищения. Так риску меньше.
- В курортных местечках, куда выезжают по выходным, - скромно сказал я, - половина домов сдается.
Иглер повертел в пальцах чайную ложечку.
- Таких домов тысячи, - холодно заметил он.
- Но один из них мог быть снят где-то на прошлой неделе.
Мы ждали. Через некоторое время он кивнул.
- Придется походить. Спросим в агентствах путешествий, у агентов по недвижимости, справимся в местной газете. - Он помолчал, затем добавил без энтузиазма:
- Мальчика могли увезти на лодке.
Мы с Тони быстренько намотали это на ус.
- Там была моторка, - сказал Иглер. - Одна из этих тарахтелок, которые сдают напрокат с почасовой оплатой. Моим констеблям рассказали, что, когда загорелась та лодка, поблизости на мелководье болталась другая, и в ней никого не было. Но какой-то человек в плавках стоял по колено в воде рядом с ней и держал ее за нос. Затем, как рассказали наши информаторы, тот ялик вспыхнул, очень быстро, со свистом, и все, естественно, побежали к нему. Наши информаторы говорят, что после этого моторка уплыла, что они сочли совершенно нормальным, поскольку ей, вероятно, было пора. - Он помолчал и спокойно посмотрел на нас, хотя на его лице явно читалась довольная улыбка.
- Кто ваши информаторы? - спросил я.
Улыбка переросла чуть ли не в открытую.
- Десятилетний строитель каналов и его бабушка.
- Очень надежные свидетели, ничего не скажешь, - сказал я.
- Синяя морская шлюпка с белой цифрой семнадцать на носу и корме.
- А тот человек?
- Человек как человек. Им была интереснее лодка. - Он снова замолчал. - Тут в Итченоре есть док, где можно взять напрокат лодку. Беда в том, что лодок только десять. Так что лодки с номером семнадцать тут никогда не было.
- Кто знает? - спросил Тони.
- Надо искать дом с ангаром для лодки, - пробормотал я.
- А если кто-нибудь наткнется на ребенка, это ему не повредит? мягко спросил Иглер.
- Если они заметят кого-нибудь, они вмиг испарятся, - сказал я, и для мальчика это будет опасно.
При нашем предостережении глаза Иглера слегка сузились.
- Мы пройдемся по агентствам, - сказал он. - Если что-нибудь похожее раскопаем в бумагах, то мы не станем его окружать прежде, чем скажем вам.
Мы оба покачали головами.
- Лучше по возможности избегать налетов и осад, - сказал я.
- Если вы найдете что-нибудь похожее в бумагах, - сказал Иглеру Тони, - то дайте мне с этим разобраться. У меня есть опыт в таких делах. И я скажу вам, там ли ребенок. Если да, то я достану его оттуда.
В брикуотерском отеле для меня было срочное послание от Алисии с просьбой позвонить, что я и сделал.
- Миранда с ума сходит… она просто разбита. - Судя по ее голосу, Алисия сама была на пределе. - Это ужасно… она трижды звонила мне, все время отчаянно плачет, умоляет меня, чтобы я заставила тебя сделать хоть что-нибудь…
- Алисия, милая, - сказал я, - сделай три глубоких вздоха и сядь, если ты стоишь.
- О… - Она запнулась от удивления, но я ощутил в ее смущенном кашле смех. После некоторого молчания она сказала:
- Все в порядке. Я сижу. Миранда страшно перепугана. Так лучше?
- Да, - с улыбкой ответил я. - Что стряслось?
