- Однако, - осторожно сказала Илария, - она вернется часам к десяти. Попробуйте позвонить попозже.
- Хорошо. Спасибо.
- Не благодарите меня. Она навещает Лоренцо Травенти, который уже изрядно оправился от ранения и выглядит теперь особенно очаровательно и романтично и при любой возможности целует ей ручку.
- Милая Илария, - сказал я. - Вы всегда так добры.
- Черт, - весело ответила она, - я могу сказать ей, что вы звонили.
Она передала о моем звонке. Когда я снова позвонил, Алисия ответила почти сразу же.
- Извини, меня не было дома, - сказала она. - Как дела?
- А твои? - сказал я.
- О… прекрасно. Честное слово. С тех пор как вернулась, я выступала на нескольких скачках. Два раза победила. Это неплохо. Помнишь Брунеллески?
Я порылся в памяти.
- Та лошадь, на которой ты не скакала в Дерби?
- Да. Точно. Я победила на нем на прошлой неделе, и его посылают теперь в Вашингтон для участия в Международных скачках, и верь - не верь, а меня просили скакать на нем! - В ее голосе торжество мешалось со страхом.
- Едешь? - спросил я.
- Я… я не знаю.
- Вашингтон, округ Колумбия? - спросил я. - Америка?
- Да. Там каждый год проходят международные скачки на ипподроме Лаурел. Приглашены по-настоящему замечательные лошади из Европы, все расходы оплачивают устроители - также для тренеров и жокеев. Я никогда там не бывала, но слышала, что там здорово. Что ты думаешь?
- Поезжай, если сможешь.
На короткое время воцарилось молчание.
- В этом-то все и дело. Если смогу. Я почти готова, но мне надо решить самое позднее завтра утром. Чтобы дать им время подыскать кого-нибудь еще.
- Возьми с собой Иларию, - предложил я.
- Она не поедет, - решительно ответила она. Затем уже с сомнением:
- А вдруг поедет?
- Спроси ее.
- Да. Может, и спрошу. Я хотела бы, чтобы ты мог поехать со мной. Я бы все перенесла, если бы ты был рядом.
- Увы, - с сожалением ответил я. - Но с тобой все будет в порядке.
Мы еще немного поговорили и распрощались. Я некоторое время размышлял, не поехать ли мне, в конце концов, - выбить себе недельку, плюнуть на стоимость билета… Но в офисе в то время не хватало народу - Тони Вэйна срочно вызвали в Бразилию, четверо-пятеро партнеров были завязаны на многочисленных заварушках в Сардинии. Я постоянно принимал на коммутаторе сообщения от них в перерывах между консультативными поездками к владельцам лошадей, и даже сам Джерри Клейтон был вынужден оставить своих бумажных райских птичек и заняться более традиционной бумажной работой.
Но все вышло совершенно неожиданно. Морган Фримантл, старший распорядитель Жокейского клуба, отправился в Лаурел на неделю в качестве почетного гостя президента ипподрома - знак вежливости по отношению к скаковому братству.
На второй день своего визита он был похищен.
Председатель отправил меня в Жокейский клуб. Там царили растерянность и уныние.
Сначала было слишком мало народу, и никто в точности не знал, кто начальник. Прямо стадо без пастыря. Когда я спросил, кто принял первый звонок от похитителей, меня направили в кабинет, где решительная женщина средних лет в шелковой блузке и твидовой юбке тупо глянула на меня и сказала, что я пришел не вовремя.
- Вы - миссис Беркли? - спросил я.
Она рассеянно кивнула. Мысли ее где-то витали, но держалась она хорошо.
- Я пришел по поводу мистера Фримантла, сказал я. Это прозвучало, как если бы я сказал, что пришел по поводу канализации. Я едва сумел подавить смешок. Миссис Беркли уже внимательнее посмотрела на меня и спросила:
- Вы, случайно, не из «Либерти Маркет»?
- Верно.
- О! - Она дотошно оглядела меня. - Это вы говорили с мистером Фримантлом на прошлой неделе?
- Да.
- И что вы собираетесь делать?
- Ничего, если я сяду? - спросил я, показывая на ближайший стул рядом с ее полированным столом.
- Бога ради, - негромко сказала она. Говорила она как образованная женщина из высшего класса, хотя в ее поведении сквозили манеры сельской домохозяйки. - Боюсь, мы покажемся вам… дезорганизованными.
- Не могли бы вы рассказать мне, что за сообщение вы получили? спросил я.
Она с печальной задумчивостью посмотрела на телефон, словно это он был виноват в преступлении.
- Во время, отсутствия мистера Фримантла я принимаю все звонки по его личному телефону. Был звонок. Я ответила… Говорил американец. Голос был очень громкий. Он велел мне слушать внимательно… Понимаете, у меня прямо земля поплыла под ногами. Это было просто невозможно.
- Вы помните, что именно он говорил? - терпеливо спросил я.
- Конечно. Он сказал, что старший распорядитель похищен. Что его освободят, если мы выплатим десять миллионов английских фунтов стерлингов. Он сказал, что выкуп должен заплатить Жокейский клуб. - Она растерянно уставилась на меня. - Это невозможно, понимаете? У Жокейского клуба нет столько денег. Жокейский клуб-это чисто административная организация. У нас нет… доходов.
Я молча смотрел на нее.
- Вы понимаете? - говорила она. - Жокейский клуб - это просто люди. Члены клуба.
- Богатые? - спросил я.
Она застыла с открытым ртом.
