Великая и страшная книга Джорджа Оруэлла не нуждается ни в предисловиях, ни в послесловиях. Роман «1984» переведен на десятки языков, вдоль и поперек исследован, скрупулезно прокомментирован. Впрочем, самая знаменитая антиутопия XX столетия кристально ясна, абсолютно прозрачна и без комментариев.
Современное человечество хорошо знает в лицо своих Старших Братьев, а список людоедов века отнюдь не исчерпывается именами Гитлера и Сталина. Мир пережил не одну страшную диктатуру. И сегодня в иных странах правят еще монстры с черными усами и без оных. И сегодня то там, то здесь справляют "двухминутки ненависти", которые порой растягиваются на годы и десятилетия. И сегодня министерства правды растлевают души людей, а министерства любви терзают их плоть, и орут, орут, надрываются, срываются на визг дурные верноподданнические голоса, выкрикивая свои партийные лозунги:
ВОЙНА — ЭТО МИР
СВОБОДА — ЭТО РАБСТВО
НЕЗНАНИЕ — СИЛА
Страшные пророчества загадочного англичанина продолжают сбываться…
Задержанный на десятилетия стараниями наших Старших Братьев и наших министерств правды, которые функционировали не менее эффективно, чем в оруэлловской Океании, и до сих пор не хотят сдавать своих позиций, «1984» наконец дошел и до нас, уже выдержав в Советском Союзе несколько массовых изданий. Это же, новое, предпринято потому, что у книги есть не известное нашему читателю продолжение. Его написал тридцать лет спустя после смерти Оруэлла, в начале восьмидесятых, венгр Дьердь Далош.
История литературы знает немало попыток заменить давно поставленную знаменитым автором точку на запятую и дописать его произведение, продлить жизнь героев, домыслить дальнейшее развитие событий. Как правило, эти попытки малоуспешны, ибо эпигоны всегда уступают великим предшественникам и талантом, и мастерством. Так зачем же в книге, которая перед вами, под одной обложкой соединены «1984» и его продолжение, написанное далеко не столь известным, как Оруэлл, автором? Ради игры названий — и только?
Нет. Здесь особый случай. Дьердь Далош, сам немало пострадавший от режима венгерского Старшего Брата (справедливости ради надо сказать, куда более мягкого в свои последние годы режима, чем в той же Океании, или в Румынии, или у нас), не просто дописал «1984», не просто домыслил судьбы героев — он сделал принципиальный шаг в развитии темы. Он поведал о том, что бывает, что может случиться после смерти Старшего Брата. Сделал он это, заметьте, до нашей перестройки, до крушения старшебратских порядков у себя на родине и в соседних братских (не от того ли Брата?) странах. И порой оторопь берет от пронзительно точных предвидений, облеченных в ироничную форму дурашливо-серьезных, точно стилизованных документов и воспоминаний, которые обнародовал в книге Далоша провинциальный историк XXI века.
Старшие Братья на удивление живучи. Не в физическом смысле, конечно, — хотя в книге Далоша жизнь Старшего Брата "оборвалась в результате временного недомогания" лишь после пяти-шести «временных» ампутаций разных частей тела. (Тут никак не обойти пикантнейшую деталь: согласно официальному медицинскому сообщению, у Старшего Брата ампутировали две левых руки.) Рано или поздно все они, как и простые смертные, уходят в мир иной. Одни — в окружении толпящихся у смертного одра светил медицины; другие — в полном одиночестве, от нежданной-негаданной кондрашки, вроде бы ни с того ни с сего; третьи — от свинца расстрельного взвода. Ох, неправда, что они бессмертны. И это, в частности, дает нам, простым смертным, наш шанс…
Живучесть Старших Братьев — не в физическом бессмертии (как они мечтают о нем!) или особом долголетии каждого из них, а совсем в ином. В мощных импульсах страха, которые посылают они в наш мозг из своих помпезных усыпальниц, в нашей нерешительности перед радикальными демократическими переменами, в нашем нелепом цепляний за ангсоцы и иные бредовые идеи покойных вождей, в нашей духовной импотенции, которая проявляется или в пустопорожнем красноречии, или в убогом новоязе, специально созданном для изложения убогих мыслей. Их живучесть — в том, что в каждом из нас, прожившем хотя бы часть своей жизни под Старшим Братом, остается его тлетворная частица. И если каждый из нас не вытравит ее в себе, то рано или поздно зловещий Джеймс О'Брайен опять объявится в тайной полиции, ренегатка Джулия Миллер встанет во главе культуры, а интеллигент Уинстон Смит отправится туда, где интеллигенции место, — в тюрягу. Иными словами, воскреснет, вернется Старший Брат.
Нам всем необходимо помнить о феноменальной живучести Старших Братьев. И для этого очень полезно перечитать знаменитый «1984» и прочитать мало известный пока что «1985» — чтобы предельно ясно осознать: вслед за беспросветным восемьдесят четвертым исторически неизбежно приходит дурманящий людей воздухом свободы восемьдесят пятый.
Те, кому дорога свобода, помните: каждый следующий год может лишить нас этого воздуха — всего того, что принес восемьдесят пятый…
