- Переправа на остров Уайт. Причал в Саутгемптоне. Сорок пять минут. Еще пять на то, чтобы одеться. Держись, приятель. Кавалеристы, подъем!
- Киношников стоит призвать к ответу.
- По крайней мере ты не потерял чувства юмора.
- Здесь довольно близко.
- Скоро буду, - сказала она и положила трубку.
Я поблагодарил ночного сторожа и сказал, что за мной приедет сестра. Он заметил, что следовало бы позвонить в полицию.
- Лучше поеду домой, - сказал я и вдруг понял, что мне ни разу не пришла в голову мысль обратиться за помощью в полицию. Начнут задавать кучу вопросов, на которые у меня не найдется такой же кучи ответов. Не найдется у меня и сил, чтобы сидеть на жестком стуле в полицейском участке и пересчитывать синяки. Источник моих злоключений находился не в Саутгемптоне, а в Пиксхилле, и, хотя я совершенно не помнил, как попал оттуда сюда, я смутно припоминал, что приехал на «Ягуаре» на ферму и звал Харва.
Все несчастья начинались у меня на ферме, у моих собственных дверей, под моими фургонами, в моем бизнесе. Мне нужно было домой, чтобы во всем разобраться.
Лиззи, как водится, пришла на помощь своему младшему брату.
Сторож разрешил мне большую часть времени до ее приезда провести в его плохо отапливаемой сторожке и даже подогрел чашку чая, чтобы я не так дрожал. Пес тем временем не сводил с меня подозрительного взгляда. Когда стрелки на часах приблизились и двум, он сказал, что ему пора на обход, поэтому мне придется уйти. Я поблагодарил его и пошел… вернее, поплелся по дороге к переправе и сел на асфальт в тени одного из зданий, прижавшись к стене и обхватив колени руками. Пожалуй, я никогда себя так паршиво не чувствовал.
Неподалеку, на другой стороне дороги, я видел решетчатый железный забор, за которым блики света играли на темной воде. Сначала я смотрел на все это безразлично, потом призадумался. Наверное, немало наберется таких мест, где в темноте можно сбросить в воду человека в полубессознательном состоянии и никто ничего не заметит. В одном только Саутгемптоне можно выбирать любое на протяжении нескольких миль.
Появился «Фортрак», замедлил ход, нерешительно заехал на стоянку и остановился. Я встал, придерживаясь за стену, и, сделав несколько шагов, вышел на освещенное место. Лиззи разглядела меня и, выскочив из машины, подбежала ко мне. За несколько шагов она остановилась, потрясенная, широко раскрыв глаза.
- Фредди?
- Не может быть, что я так уж плохо выгляжу, - запротестовал я.
Она не стала рассказывать мне, как я выгляжу. Она подошла, положила мою руку себе на плечо и помогла добраться до машины.
- Сними мокрую куртку, - скомандовала она. - А то умрешь от простуды.
Ненамного лучше, чем утонуть, подумал я, но промолчал.
Забравшись в уютную маленькую машину, я переоделся во все сухое, включая меховые сапоги и самую теплую мою куртку. Уж если Лиззи берется за дело, она не делает ничего наполовину.
Я попросил ее подъехать по возможности поближе к сторожке. Ночной сторож и собака были дома и с подозрением посмотрели на нас. Когда я предложил ему деньги за первый телефонный звонок, а также за его хлопоты и доброту, он сначала возмущенно отказался, показав себя добрым, старым англичанином.
- Возьмите, - попросил я. - Я вам должен. Выпейте за мое здоровье.
С трудом скрывая радость, он нерешительно взял банкноту.
- Вряд ли это поможет, - заметил он. - Воспаления легких вам не миновать.
Если верить моему самочувствию, он был недалек от истины.
Лиззи ехала домой тем же путем, что и в Саутгемптон, время от времени поглядывая на меня. Постепенно я перестал дрожать, даже внутри у меня потеплело, но одновременно навалилась страшная усталость. Мне хотелось одного - лечь и заснуть.
- Что же случилось? - спросила Лиззи.
- Поехал на ферму.
- Ты сказал, что только закроешь ворота.
- Разве? Ну и… кто-то ударил меня по голове.
- Фредди! Кто?
- Не знаю. Когда я очнулся, меня как раз сбрасывали в воду. Еще хорошо, что я вообще очнулся. Она со страхом посмотрела на меня.
- Тебя что, хотели утопить?
- Понятия не имею. - Как начал соображать, я только об этом и думал. - Если бы меня хотели убить, то почему бы не дать мне еще разок по голове? Зачем тащить меня в Саутгемптон? И если они хотели меня утопить, то в Пиксхилле есть вполне подходящий пруд.
- Кончай шутить.
- Да уж придется, - согласился я. - Все, что помню, так это как кто-то сказал: «Уж если от этого он не заболеет, тогда его ничем не проймешь».
- Какая-то чушь.
- Как сказать.
- А сколько их было?
- По меньшей мере двое. Иначе зачем разговаривать?
- Ты уверен, что они именно это сказали?
- Вполне.
- А какой акцент? Голос не узнал?
- Нет, - ответил я сначала на второй вопрос. - Что касается акцента, то не итонский. Простонародный, так сказать.
- Надо сообщить в полицию, - заявила Лиззи. Я промолчал, а она слишком пристально и долго смотрела на меня, что небезопасно даже на пустом шоссе.
- Надо, - настаивала она.
- Смотри на дорогу.
- Ты поганец.
- Угу.
