- На полу под каждым зарядом после сверления стены осталась маленькая кучка пыли. Одни кучки были красной кирпичной пылью, другие - серые.
- Вы успели это разглядеть?
- Я это помню. В тот момент это сказало мне, что в стену заделано много взрывчатки.
Эксперт сказал:
- Вы посмотрели, где начинались или кончались провода? Где могла замыкаться цепь?
Я покачал головой.
- Я пытался найти сына.
- А вы никого не видели в то время вблизи трибун?
- Нет. Никого.
Они попросили меня с Роджером пройти с ними до оцепления, чтобы пояснить эксперту, где находилась лестница и стены до взрыва. После этого, как мы поняли, эксперт наденет защитный костюм, шлем и залезет на то, что осталось, чтобы взглянуть на все изнутри.
- Да, уж лучше вам, чем мне, - заметил я.
Они посмотрели, как я усердно ковылял, стараясь не отстать от них. Когда мы подошли к тому месту, откуда лучше всего обозревались разрушения, эксперт по обезвреживанию бомб посмотрел на торчащие к небу остатки комнаты прессы, потом перевел взгляд на мои костыли. Натянув на голову защитный шлем, он задорно подмигнул мне.
- Я в нашей профессии ветеран.
- Сколько же вам лет?
- Двадцать восемь.
- Знаете что? - сказал мне Роджер.
- Что?
Мы стояли на залитой асфальтом дорожке, чуть в стороне от полицейских, и продолжали рассматривать гору битого кирпича и бетона.
- Мне так кажется, что наш подрывник наделал гораздо больше шума, чем хотел.
- Что вы имеете в виду?
Он объяснил:
- Бризантные взрывчатые вещества - удивительная вещь. Часто совершенно не предсказуемые. Они не были моей армейской специальностью, но, конечно же, большинство солдат с ними знакомо. Всегда остается соблазн переложить взрывчатки, просто, чтобы знать наверняка, что дело будет сделано. - Он улыбнулся. - Однажды мой товарищ должен был подорвать мост. Просто сделать в нем брешь, чтобы по нему нельзя было проехать. Он перебрал с зарядом, и всю эту штуку разнесло в пыль, завалившую речку внизу. Не осталось даже воспоминания. Все решили, что вот это да, отличная работа, но он в душе хохотал над всеми. Я лично понятия не имею, сколько понадобилось взрывчатки, чтоб сотворить на трибунах такое. Я подумал, что тот, кто сделал это, хотел только вывести из строя лестницу. Я имею в виду все эти заряды, заложенные в стены лестничного пролета… Если бы он намеревался поднять на воздух все трибуны, то почему бы не сделать это одной-единственной бомбой? Насколько проще и легче. Меньше вероятности быть замеченным во время установки зарядов. Вы понимаете, что я подразумеваю?
- Да, понимаю.
Он посмотрел мне прямо в лицо.
- Послушайте, - с неловкостью в голосе вдруг сказал он. - Я знаю, что это не мое собачье дело, но не лучше ли вам полежать в автобусе?
- Если понадобится, лягу.
Он кивнул.
- Уж лучше, - проговорил я, - думать о чем-нибудь другом.
Он на этом успокоился.
- Ну, тогда ладно.
- Да. А вообще, спасибо.
Неожиданно мы оказались в окружении Стрэттонов. Дарт задышал мне в ухо:
- Приехал конрадовский архитектор. Ну, ждите, такая будет потеха! - он весь светился от озорства. - А Кит что, и вправду пинал вас ногами? - спросил он. - Айвэн говорит, что я всего на несколько секунд опоздал на неповторимое зрелище.
- Да, вам не повезло. Где этот архитектор?
- А вон тот человек рядом с Конрадом.
- Это он - шантажист?
- Господь его знает. Спросите Кита.
Он понимал не меньше, чем я сам, что ни за какие коврижки я ни о чем не буду спрашивать Кита.
- По-моему, Кит это все выдумал, - вымолвил Дарт. - Он страшный врун. Органически не может говорить правду.
- А Конрад? Он врет?
- Отец? - Дарт и не думал сердиться на такое неуважительное отношение к родителю. - Мой отец говорит правду из принципа. А возможно, от недостатка воображения. Судите уж сами.
- Близнецы на распутье, - сказал я.
- Это еще что такое, о чем это вы?
- Объясню позже.
Марджори железным тоном изрекла:
- Нам не нужен архитектор.
- Посмотри в лицо фактам, - взмолился Конрад. - Тут же камня на камне не осталось. Нам, можно сказать, с неба свалилась возможность построить что-нибудь значительное.
Построить что-нибудь значительное! Эти слова отложились в моей памяти как неистребимое воспоминание о школе архитектуры Архитектурной ассоциации. «Создать что-нибудь значительное» - к месту и не к месту повторялось там одним из наших преподавателей.
Я внимательно посмотрел на конрадовского архитектора, пытаясь мысленно вернуться на шестнадцать лет назад. Конрадовский архитектор, всплыло в памяти, был студентом школы архитектуры, где учился я, но старше меня курсом, принадлежал к школьной элите и считался приверженцем стиля будущего. Мне припомнилось его лицо и то, какую блестящую карьеру ему сулили, но имя начисто выпало из памяти.
Роджер отошел от меня, чтобы заявить о своем присутствии в конфликте Марджори - Конрад, весьма незавидное положение для управляющего. Конрадовский архитектор чуть кивнул ему, видя в нем противника, а не союзника.
Поведя рукой в сторону разгорающейся схватки, Дарт спросил:
- А вы что думаете по поводу того, что им следует предпринять?
- Я? Лично я?
- Да.
