положение, созданное дислокацией. Все поляки в случае мобилизации должны были быть призваны в ряды войск, переполнявших Варшавский военный округ; чтобы сохранить за последними русскую физиономию, все поляки
отправлялись в мирное время на службу далеко на восток, а Варшавский военный округ получал полностью всех
новобранцев из других округов. Несмотря на то, что при мобилизации в пограничных округах призывались сразу 43-летние бородачи, присутствие коих должно было серьезно понизить качества нашей пехоты, запасных на месте не
хватало, и приходилось при мобилизации передавать сотни тысяч запасных из округа в округ. И после 1910 года, когда
128 батальонов, с соответственной артиллерией и кавалерией, примерно 12% всей русской армии, были выведены из
пределов Варшавского и Виленского округов и расположены внутри государства, вблизи источников укомплектования, приходилось передавать при мобилизации из округа в округ 223 тысячи запасных, в том числе направлять в
Варшавский военный округ 82 тысячи. Одно дополнительное строительство казарм в пограничной полосе, в связи с
обручевской дислокацией, обошлось около 100 миллионов рублей. И это казарменное оборудование польских губерний
не могло быть в течение войны использовано для подготовки укомплектований, так как запасные части Варшавского
военного округа с началом войны были планомерно вывезены внутрь России. Между тем, успех как комплектования
запасными, так и формирования новых частей находится в тесной зависимости от наследства-традиции, жилая
площадь, прицельные станки, стрельбища и пр., — оставленного выступившей в поход армией. Во вторую половину
войны 1870 г. можно отметить значительную разницу в успехе новых формирований на севере Франции, где в мирное
время стояло много войск (армия Федерба), и во внутренних областях (Луарская армия), при чем север не только
скорее справлялся с формированием, но и давал более боеспособные части. Конечно, известное значение имела и
большая воинственность населения севера Франции, театра многих войн, испещренного старыми крепостями с их
значительными вспомогательными средствами, и в особенности более промышленный характер севера по сравнению с
земледельческим югом Франции. Центральные, внутренние области, на которые ляжет с началом войны гигантская
задача питать вооруженные силы ежемесячной высылкой 100-150 тысяч бойцов, должны быть подготовлены к этой
задаче мирной дислокацией. Последняя, конечно, должна быть приурочена к железнодорожной сети.
Округа или корпуса? Группировка мобилизационных запасов явится наилучшей, если каждый корпус в
пределах занимаемой им территории будет располагать всей нужной для мобилизации материальной частью.
Наиболее отрицательное решение вопроса наблюдалось в Австрии в первой половине XIX века, в виде постройки
общегосударственного гигантского арсенала в Вене. На западе роль наших военных округов играют корпусные округа.
Последняя организация обеспечивает более полную децентрализацию и лучшее приспособление к местным
особенностям. В то же время центр в корпусных округах найдет всегда более послушные органы, чем в округах, вырабатывающих каждый свою физиономию и нарушающих единство подготовки армии. Кроме того, деятельность во
главе внутреннего военного округа имеет очень мало общего с командованием армией и является школой для
администраторов-хозяйственников, а не стратегов. Внутренний округ является и очень плохой инстанцией для боевой
подготовки войск. Русская армия смогла вполне убедиться в этом в 1914 г. Несравненно выгоднее с точки зрения
подготовки к воине является замена окружного командования инспекциями, объединяющими несколько корпусов, разгруженными от всякой административной и хозяйственной работы и представляющими замаскированную
оперативную головку штаба армии. Известный смысл имеют лишь некоторые приграничные округа, как готовый остов
фронтового управления на особенно важных направлениях. Мобилизация и железные дороги. На железные дороги в
мобилизационный период выпадает особенно трудная задача. Им необходимо самим произвести мобилизацию, т.е.
подготовиться к перевозкам по сосредоточению. Но в то же время им необходимо выполнить огромные наряды по
мобилизационным перевозкам — перевезти сотни тысяч призванных запасных, взятых по военно-конской повинности
лошадей, доставить спешные воинские грузы; одновременно необходимо начать перевозки по прикрытию, для
усиления защиты главных направлений в приграничных районах. В тот же момент и гражданская жизнь государства
предъявляет к железнодорожному движению необычайные требования: граждане стремятся экстренно возвратиться к
