Хотя нет, добавил он про себя. Прав Комацу: скорее уж это субъективная страсть. Совладать с которой чем дальше, тем сложнее.
Не говоря ни слова, Фукаэри глядела на него с нейтрально-задумчивым выражением на лице. Словно очень старалась понять, что же он говорит.
– Хочешь-переделать. Он посмотрел ей в глаза.
– Хочу.
В бездонной черноте ее глаз будто вспыхнул слабый огонь. По крайней мере, так показалось Тэнго.
– Не знаю, как лучше сказать, но… каждый раз, перечитывая «Воздушный кокон», я поражался: что увидела ты, стало видно и мне. Особенно сцены, где появляются LittlePeople. Все-таки у тебя уникальное воображение. Оригинальное и очень… заразительное, что ли.
– LittlePeople-существуют-на-самом-деле,- очень тихо произнесла Фукаэри.
– Существуют?
Она помолчала. Потом добавила:
– Так-же-как-мы-с-тобой.
– Так же, как мы с тобой? – эхом повторил Тэнго.
– Увидишъ-если -захочешь.
В упрощенной речи Фукаэри ощущалась странная сила. Как будто в каждое произносимое слово она вбивала точно подобранный по размеру клинышек. Но все ли в порядке у нее с головой? Этого Тэнго пока не разобрал. Определенно девочка слегка не от мира сего. Возможно, у нее какой-то природный дар. Возможно даже, перед ним сидит сама гениальность. А может, и наоборот: ничего особенного в ней нет, и все ее странности – обычные ужимки неглупой семнадцатилетней красотки, желающей выглядеть эксцентрично. Отсюда и в речи сплошь намеки да недоговорки, лишь бы сбить собеседника с толку. Подобных персонажей Тэнго перевидал немало. Где у них настоящие чувства, а где игра, порой сам черт не разберет. Тэнго решил вернуть разговор в русло реальности. Или, по крайней мере, как можно ближе к оной.
– В принципе, я готов начать работу над «Коконом» хоть завтра,- сказал он.
– Делай-как-хочешь,- прозвучало в ответ.
– Хорошо,- сказал он.
– Но-ты-должен-встретиться-с-одним-человеком.
– Это можно,- согласился он. Фукаэри кивнула.
– А что за человек? – уточнил Тэнго. Словно не услышав вопроса, она продолжала:
– Встретиться-и-поговорить.
– Если нужно, не вижу проблем.
– В-воскресенье-утром-свободен,- проговорила она, обрубив очередной знак вопроса.
– Свободен,- кивнул Тэнго.
Прямо не разговор, а какое-то общение сигнальными флажками,- пронеслось у него в голове.
Ужин закончился, и Фукаэри ушла. Тэнго прошел к розовому телефону-автомату у выхода, зарядил в него сразу несколько десятииеновых монеток и набрал на диске служебный номер Комацу. Тот был еще на работе, но отозвался далеко не сразу. Долгие десять гудков Тэнго терпеливо ждал, прижав к уху трубку.
– Ну как? Успешно? – первым же делом спросил Комацу.
– Согласие Фукаэри на то, чтобы я переписал «Воздушный кокон», мы, в принципе, получим. Скорее всего.
– Вот молодец! – отозвался Комацу, и его голос тут же зазвучал энергичнее.- Замечательно! А то, если честно, я все-таки немного беспокоился. Ну, что такие переговоры, возможно, не твой конек и так далее…
– Да я и не вел никаких переговоров,- сказал Тэнго.- И убеждать никого не пришлось. Просто объяснил ситуацию, а дальше Фукаэри как бы сама все решила.
– Ну, это как угодно. Главное – результат достигнут! Теперь наш проект выходит на новую стадию…
– Один момент. Прежде чем она окончательно согласится, мне придется встретиться с одним человеком.
– С кем?
– Пока не знаю. Но она хочет, чтобы я с ним встретился и поговорил.
Несколько секунд Комацу молчал. Потом спросил:
– И когда вы встречаетесь?
– В воскресенье. Она меня к нему отвезет.
– Насчет конфиденциальности,- сказал Комацу,- помни главное: чем меньше народу будет знать о проекте, тем лучше. В настоящий момент о нем знают лишь три человека: ты, Фукаэри и я. Без особой нужды старайся эту цифру особо не увеличивать. Понимаешь, о чем я?
– Теоретически,- ответил Тэнго. Неожиданно голос Комацу стал мягче.
– Так говоришь, сама решила тебе рукопись передать? Так это, брат, самое главное! Уж дальше-то, я убежден, все случится само…
Тэнго переложил трубку в левую руку. И пальцами правой с силой потер себе веки.
– Знаете, господин Комацу… Не по себе мне как-то. Не скажу, что на то есть какие-то веские аргументы, но постоянно кажется, что я ввязываюсь во что-то… совсем не мое. Когда с Фукаэри говорил, ничего такого не чувствовал, а расстался с нею – и это ощущение только усилилось. То ли предчувствие дурное, то ли просто душа не лежит – не знаю, но есть во всем этом проекте что-то странное. Ненормальное, если угодно. Я не от головы сейчас говорю. Нутром чую.
– То есть тебе так стало казаться уже после встречи с ней?
– Возможно. Все-таки она какая-то… настоящая. Хотя, конечно, это всего лишь мое ощущение.
– Ты хочешь сказать, настоящий гений?
– Насколько она гениальна, сказать не могу,- ответил Тэнго.- Все-таки видел ее впервые. Но не исключаю, что ей видно то, что нам разглядеть не дано. Возможно, у нее какой-то необычный природный дар. Или что-то вроде этого.
– То есть с головой не все в порядке? Ты об этом?
