Денис вопросительно приподнял бровь, словно спрашивая у неё, правда ли это. И девочка потупилась, пряча руки под стол:
– Я не хочу, чтоб кому-то из вас было обидно, если я буду болеть не за него…
– Кому? – поймал её Денис на этом неуверенном объяснении.
Саша посмотрела ему в глаза. Потом перевела взгляд на Ромку и поняла, что оба они ждут ответа на этот вопрос. Но как можно дать надежду одному и разбить в пух и прах ожидания другого? Да, так будет честнее, но тогда она поставит кого-то из них в неловкое положение, и по их игре всё будет отчётливо видно.
– Я ещё не решила, – выдохнула она, опуская взгляд.
Ромка нервно подёргал ногой под столом и громко выдал:
– Да всё ты решила, просто не хочешь признаваться! Ладно, я пошёл одеваться на матч! Ковалёв, уговаривай её как хочешь, пусть приходит. И, это, – он уже успел вскочить и теперь наклонился над Денисом, предупредительно сверкнув глазами: – Сашка – моя болельщица!
Саша прицокнула языком и закатила глаза. Денис ничего не успел ответить, а Платов резко развернулся на пятках и удалился в закат. Тогда Ковалёв положил локти на стол и, опёршись на руки, наклонился к девочке:
– Ну это мы ещё посмотрим! Да, девяносто первый?
Матч «Энергии» и её соперника завершился с перевесом в одну шайбу в пользу команды тренера Анисимова, и теперь хоккеисты пожимали друг другу руки и о чём-то переговаривались на льду.
Ещё в начале игры Денис отметил, как на стадионе появились родители и сестра. Они пришли посмотреть, как будет играть Иван. Девятнадцатый номер «Энергии» тоже их заметил и вёл себя на площадке по-спортивному агрессивно. Он рвался в бой и будто хотел показать незваным родственникам, какой он быстрый, неудержимый и как умеет забивать красивые голы. И у него получалось!
В одном звене с ним, как обычно, играл Данил Анисимов, и в «тройку» к этим ребятам Дмитрий Сергеевич поставил Романа. Платов оправдывал все возложенные на него надежды, много атаковал и прекрасно понимал партнёров. А Даня… Денису казалось, что с каждым разом он играет только лучше!
А ещё Денис отметил, что за скамейкой запасных «Энергии» появилась странная девчонка в коротенькой юбке и с голыми ногами. Хотя вряд ли она шла так по улице в январе, наверняка колготки прозрачные всё-таки надела. Девочка в одиночестве приплясывала на месте, явно замерзая. Но при этом всё равно продолжала топтаться за бортом и не уходила греться в фойе.
К его удивлению, Саша даже с ней поздоровалась, когда они проходили мимо, но та только вздёрнула нос и отвернулась. Саша будто огорчилась ненадолго, но потом увлеклась игрой и вроде бы больше не обращала на неё внимания.
И вот Иван покинул лёд и, протиснувшись со скамейки запасных к этой девчонке, устроил «показательное выступление» для отца и для брата. Прямо сейчас он целовался с этой самой расфуфыренной девчонкой. Она, кажется, сама от него такого не ожидала.
Денис смущённо отвёл глаза и обнаружил, что Саша тоже это видит.
– Блин! – прицокнула она языком, переводя взгляд на Мельникова. Он всё ещё был на льду и, держа под мышкой шлем, сейчас тоже смотрел на эту парочку.
Саша вздохнула и скрестила руки на груди.
– Что? – не выдержал Денис.
– Она ему нравится. Он всю игру на неё заглядывался. А у Нестеренко есть такая манера – всех бесить! – последние слова она произнесла, скрипнув зубами.
– Тебя тоже? – улыбнулся он.
– Да! – передразнила девочка. – Мне пришлось поспорить с ним, что, если ты не приедешь на этот турнир, я пойду с ним в кино. И она на меня из-за этого обиделась и не разговаривает уже два месяца!
Денис шутливо нахмурил брови, при этом весело сверкая глазами:
– Я бы тоже обиделся! Ты думала, что я могу упустить такую возможность?!
– Да наоборот! – она всплеснула руками, но, поймав его взгляд, тут же расслабилась и выдохнула, легонько толкая парня плечом в плечо: – Я знала, что ты приедешь!
Денис улыбнулся и мягко взял её за руку.
– Что ты делаешь? – она дёрнулась, пытаясь освободиться, но, не добившись успеха, отвела их сплетённые руки за спину, а потом подняла на него тёмные медовые глаза с золотистыми крапинками и улыбнулась: – Ну, ты меня отпустишь или нет? А то все вокруг и так уже думают, что мы с тобой… – Саша запнулась.
– Ну пусть думают, – пожал он плечами в ответ. – Мы же – с тобой!
– Ну почему, Ковалёв, ты такой наглый?! – снова дёрнулась она.
Денис обаятельно улыбнулся и, отпустив её наконец, сунул руки в карманы. Поискал на трибуне родителей и, не заметив их, опустил голову. Саша молча стояла рядом, нервно притопывая ногой. Щёки её пылали ярким розовым цветом, нижняя губа подрагивала от волнения, а в глазах отражался свет прожекторов, придавая коричневой радужке тёплый золотистый оттенок.
– Ладно, – вздохнул Денис. – После игры сегодня, наверно, уже не увидимся. А завтра я тебя буду ждать. И да – я не обижусь, если ты будешь болеть за Платова.
