Парень долго смотрел на оживший гаджет, попеременно холодея от мурашек и чувствуя жжение на щеках: «Что такое могло случиться?».
– Здоро во, кип! – привычным басом прозвучала трубка, когда он всё же принял вызов и приложил телефон к уху. – Не сильно занят?
– Да нет, – растерянно произнёс Денис, застёгивая молнию на большом бауле. – Уже не занят. Здрасте! – И, поднявшись на ноги, направился к выходу в коридор, где должно было быть потише.
– Сидишь в запасе? – надавил он на больное.
– В общем, так, – взъерошил волосы Денис и прислонился спиной к стене, – вы были правы. Только я теперь даже не в основе сижу, а в дубле!
– Ковалёв, мне кажется, ты уже насиделся. Давай ко мне в «Энергию»? – Анисимов не стал откладывать дело в долгий ящик.
Денис на секунду перестал дышать и потерял способность говорить.
– Я понимаю, что тут тебе не столица, и не обещаю заоблачных зарплат. Но иногда, чтоб хорошенько встряхнуться, надо сделать шаг назад. Мне нужен хороший вратарь!
– Я уже начал сомневаться в том, что я хороший вратарь, – шмыгнул он носом.
– Сомневается он! У меня в этом сезоне знаешь какая команда собирается?! – фыркнул Дмитрий Сергеевич. – У меня в нападении Данька выходит, а в защиту я получил Рыбакова с Леоновым! Покажем всем НАСТОЯЩИЙ хоккей!
– К-кого? – заикнулся от удивления Денис. – Вот олени! Хоть бы один сказал! Вы как их вообще уломали?!
Анисимов рассмеялся где-то в другом городе и, не отвечая, продолжил:
– Короче! В этот раз я с тобой сюсюкаться не буду! Мы только что запросили тебя у «коней»! Собирай свои манатки, прыгай в поезд, самолёт или куда там… и поехали!
Денис не знал, как ему реагировать на такое заявление, и просто рассмеялся.
– Давай, девяносто первый! У меня на воротах некому играть!
В эти выходные «Энергия» проводила домашние встречи, и уже третьи сутки папа и брат ходили какие-то странные и загадочные. Они о чём-то шушукались на кухне, на балконе и в комнатах, а потом сразу замолкали, когда Саша появлялась в их поле зрения.
Данька в этом сезоне уже выходил на лёд, и в первых играх показал неплохие результаты, ассистируя партнёрам. Пока не забивал, но Саша радовалась, что он не лезет вон из шкуры, чтобы показать себя. Он делал то, что ему нравилось, и просто играл в своё удовольствие, не ожидая похвалы и комплиментов взамен. Он стал простым обаятельным парнем, который соскучился по игре и всему, что было с ней связано, и потому подолгу общался с болельщиками и прессой и уходил из раздевалки последним, когда на стадионе обычно уже гасили свет.
В тот день она вернулась из универа, отметив, что мама громко чем-то гремит в её комнате, и это ей показалось странным.
Едва заметно прихрамывая, из кухни первым появился Даня.
– Ты как? На игру планируешь приходить? А то давай, не тупи! Ты нам нужна сегодня!
Саша улыбнулась и поправила волосы, перекинув их через плечо вперёд. Хотела пошутить, что команда ей должна приплачивать за присутствие на матчах, но мама не позволила озвучить эту мысль и появилась из комнаты, гордо неся перед собой синий свитер «Энергии».
– Нашёлся! – встряхнула она его хорошенько и повертела, разглаживая на спине двухзначный номер и фамилию. – Я уж думала, не найду! Странно, что ты его не выкинула во время своего психоза!
Саша удивлённо хлопнула ресницами, глядя на старый свитер с номером 91, в котором когда-то сама выходила на лёд в своём последнем матче. С тех пор он хранился в тёмном ящике под кроватью и не видел света уже примерно четыре года. Она ведь больше не болела за «Энергию».
– Сейчас отпарю его, и можно надевать!
Саша хмыкнула, снова удивляясь:
– Я не собираюсь его надевать! И я вообще к вам на игру не собиралась!
– У нас сегодня новичок стартует! – Данька прошёл мимо и остановился у дверей своей комнаты.
– А мне-то что?!
– Он на воротах играет. И ты играть будешь вместе с ним!
Саша перевела взгляд на маму, а потом на отца. Открыла рот, но слова застряли, и вместо них из груди вырвался прерывистый вздох.
– Правда? – только и выдавила она.
Отец деловито взглянул на часы и кивнул:
– Правда!
Она ещё раз обвела их взглядом и закрыла лицо ладошками. Почувствовала, как по щекам текут непрошеные слёзы, и хлюпнула носом. А потом, улыбнувшись, вскочила и бросилась в объятия к папе. От неожиданности тот едва устоял на ногах и, тихонько смеясь, крепко прижал её к себе и погладил по щекам, утирая мокрые следы этой внезапной радости.
Он тронул её за нос и шепнул, чтоб услышала только дочь:
– Ну вот, теперь я за вас обоих спокоен, – и добавил чуть громче, вызывая у неё лёгкий смех: – А за свои ворота – не очень!
Саша обняла его за пояс и спрятала влажный нос в складочках футболки на широкой тёплой груди.
– И потом, – папа встряхнул её, заглядывая в блестящие медовые глаза, и выдал: – Как мне ещё было заставить тебя снова болеть за «Энергию», а?
Ледовый дворец гудел голосами сотен болельщиков. В этом сезоне знаменитые имена привлекали внимание к хоккейной команде города, интриговали и вызывали большой интерес у болельщиков и прессы.
