— А что мне делать-то?! Ну не идет дракон сюда — хоть ты тресни, — не выдержал я.
— Трещишь как дятел, а толку никакова, дурень — есть дурень, — вынесла свой вердикт вредная старушка, посмотрела на меня, сжалилась и дала наставление: — За шары его бяри и тащи сюды.
— Не понял, — протянул я удивленно.
— Чавой засмущалси? — притворно удивилась бабуля-хорошуля. — У самого нету чтоль? Ну что тебе молвить на то — не удивительна ето мине. Зачем такому дурню шары-та? Таких же дурней плодить?
— Как это — за шары? — хлопая глазами, спросил я.
— За яйцы (я не виноват — так вредная бабка сказала!) его бяри — да сюды тащи! — крикнула баба Тря, окончательно рассерженная моей тупостью. — С виду деревенский дурень, а штисняется как городской болван!
Полностью обалдевший от открывшихся перспектив, я развернулся и снова начал спускаться к подножью холма. Вслед летело сердитое бормотание бабульки-хорошульки: «За шары его хвать — и сюды тащи, дурень! За яйцы драконьи, а не за свои бярись! А свои шары — беряги! Пригодятся еще, дураку, хотя…». Рыжик шел рядом, довольный донельзя, и, по-моему, полностью солидарный с болтливой старушкой.
Спустившись с холма, я зашел в пещеру и через десять минут снова стоял рядом с драконом. Кот отошел в сторонку, и с интересом стал ждать предстоящего циркового представления. И надо сказать — я его не разочаровал.
— Гоша, в последний раз добром прошу — пойдем со мной к бабушке! — строго сказал я, настраивая себя на предстоящее решительное действо.
Дракон не обращал на меня никакого внимания, продолжая с аппетитом уплетать антрацит.
— Ну ладно, ты сам напросился! — сказал я грозным голосом и подошел к Гоше с тыла. Я постоял в нерешительности минуту, потом плюнул на пол с расстройства, разбежался и пнул дракона меж задних ног. Обиженный рев зверюги чуть меня не оглушил. Дракон резко повернул шею, и его голова стала смотреть назад. В воздухе запахло ацетоном.
«А теперь беги», — посоветовал мне Рыжик, и первый рванулся в сторону выхода. Я послушался совета, развернулся и быстро побежал за котом. Воздух затрещал, и, повернув на бегу голову, я увидел, как дракон пустил струю огня (сильно напомнив мне в этот момент огнемет из одной компьютерной игры) прямо себе на хвост. Потом массивная туша зверя развернулась и дракон Гоша с жутким топотом, от которого затряслись стены пещеры, побежал за мной.
Я бежал по ровному полу туннеля, глядя на рыжий хвост, мелькающий впереди, и с ужасом слушал мерный топот за спиной, сопровождающийся ревом. Ревел Гоша низко и однотонно, этот звук мало напоминал яростный вопль зверя и был чем-то похож на приглушенный рев мощного автомобильного мотора.
Выбежав из пещеры, я увидел впереди огромный ствол лесного гигантского дерева и побежал к нему. Дракон не отставал, преследуя меня с кряхтением обиженного деревенского силача. Обогнув ствол дерева, я побежал в обратном направлении и вскоре несся по каменной дороге к бабе Торе, на которую я в тот момент очень рассчитывал, как чуть позже оказалось — зря. Дракон бежал за мной.
— Я те чо сказала? — закричала старушка, когда увидела меня, бегущего со всех ног. — Хватай и вяди, сказала! А ты почто животинку-то мучаишь? Тябе бы так самому по шарам дать!
На скамейке перед домом сидела вредная бабуля, которая не сделала ни одного движения, чтобы мне помочь. Рыжик примостился рядом с моими вещами, улегся и начал с интересом наблюдать за гонкой. Кот настроился на длительное шоу. Я пробежал мимо них и стал оббегать избушку. Дракон, как привязанный, бежал следом.
— Да ты не пережувай, бягун! — крикнула бабка, когда я начал поворот за избушку и уже не прекращала меня напутствовать до тех пор, пока я не скрылся с ее глаз. — Гошка — зверюга незлобливая. Часок тя погоняет и остынет. Только быстра бяги — Гошка на бягу огнем пляваться не могет. Остановишься — он тя быстра поджарит.
«Мне с тобой весело», — радостно поставил меня в известность Рыжик, и я побежал по удобной каменной дороге вниз. Ответить я им не мог, так как берег дыхание — дракон топотал за мной почти с такой же скоростью.
Трасса забега проходила между покосившейся бревенчатой избушкой на вершине холма и огромным стволом дерева у его подножья. Лидером гонки был джисталкер, который несся, нарезая круги, каждый раз ловко огибая избушку в верхней точке трассы и ствол дерева на нижнем повороте. За ним, как тяжелый паровоз, пыхтя, бежал огромный дракон, размером с африканского носорога. На ровных участках трассы дракон сокращал отрыв от лидера гонки, и порой его огромная голова находилась буквально в метре от джисталкерского затылка. Но на поворотах зверюгу подводила инерция движения — дракону приходилось тормозить свою огромную массу и тогда разрыв увеличивался.
