– «Ужасный разрыв», собственно, уже есть, – подчеркнул Хорн. – Запад и Россия вели отчаянную борьбу с подтасовками и оскорблениями. Объединенный Запад энергично защищал свое либеральное мировоззрение – от внешней критики. А Россия требовала, чтоб учитывались ее интересы. Климат был отравлен.
Ветров нахмурил брови. Текст мог быть взят из Библии. Он знал из Книги Апокалипсис, что перед Страшным судом поля, дома и города обнищают, а люди будут жить в разладе. Сокращение человечества на две трети прозвучало чудовищно и не могло быть иным, нежели символическим. Но и это стояло в Библии. Возможно, предсказатель имел в виду финансовый кризис, который десять лет назад привел к беспрецедентному массовому уничтожению денег и капитала? Ядерная катастрофа в японской Фукусиме пришлась на то же время. К сожалению, ядерная война больше не была иллюзией. Воспоминания о катастрофической Второй мировой войне становились все слабее и слабее. Новое поколение политиков было способно вести войны, чтобы довести свою «правду» до победы.
Зал заседаний Немецкого общества внешней политики был как никогда переполнен. Опоздавшим гостям пришлось стоять. Их ожидала уникальная премьера. Эпоха оцифровывания неуклонно продвигается вперед, так что и здесь пора испытать новейшие технологии. На пригласительном билете упоминался лишь «KIB»; теперь любопытные узнали, что это аббревиатура «искусственного интеллекта Бориса». До этого робот уже вызвал фурор на Мюнхенской конференции по безопасности.
Аудитория с любопытством обернулась, когда КИБ, высотой чуть более метра, просеменил в зал. Под гром аплодисментов он прошел мимо заполненных рядов и поднялся по ступенькам к трибуне оратора. Техник поспешил установить микрофон на высоте шаровидной головы робота. Программное обеспечение робота работало. Устройство заговорило скрипучим, но вполне понятным голосом:
– Уважаемые слушатели! Тридцать лет назад пала Берлинская стена. Те, кто верил, что наступил тысячелетний мир во всем мире, ошиблись. Конец холодной войны ознаменовал начало гораздо более крупного конфликта с Россией. В XX веке Запад воевал против русского коммунизма, в XXI веке – против русского национализма. Россия бросает вызов мировому демократическому сообществу. Россия выступает против универсального миропорядка свободы. Россия нарушает международное право. Россия атакует Запад киберармиями. Россия убивает инакомыслящих и противников режима. Россия поддерживает кровавых диктаторов. Россия ведет бесчеловечные войны. Россия убивает детей. Россия попирает демократию и верховенство закона. Общественный строй в России гомофобный. Россия только занимается пропагандой. Россия – это допинг в спорте. У России ложные ценности.
Даме-председателю на сцене сразу же была вручена анонимная записка: может ли публика также задавать вопросы? Она мрачно взглянула на забитый зал. Где сидел провокатор, задавший такой нахальный вопрос? Внезапно ей стало не по себе. Худой мужчина с бородкой клинышком сверлил ее пронзительным взглядом. Она отвернулась, села иначе, но ничего не помогло. Незнакомец продолжал гипнотизировать ее.
Ветров опаздывал, конференция Общества внешней политики давно началась. Он вышел из своей квартиры в старинном кирпичном доме с узорной двускатной крышей в Груневальде. Отто фон Бисмарк, друг России, построил это здание как охотничий домик в тогдашнем лесу в 1879 году. Окруженный высокими соснами и ухоженным садом, защищенный как памятник старины, барский дом был молчаливым свидетелем драматических событий. На стенах дома оставались следы пулеметных очередей. По-видимому, при взятии Берлина Красная армия встретила здесь ожесточенное сопротивление. В теплые летние вечера на задней веранде пили водку и обсуждали судьбу России.
Было уже темно, фонари скудно освещали дорогу. Ветров попрощался с женой, прошел мимо японских вишен в соседнем саду, усыпанных розовыми цветами, взглянул на скрытый в кустах памятник Бисмарку и ускорил шаг. Перед рестораном Рапалло в конце Курфюрстендамм, где его ждала важная встреча, его остановили двое мужчин. Они подкрались к нему сзади, схватили за плечи и заставили сесть во внедорожник.
Все произошло так быстро, что Ветров не понял, что с ним случилось, и лишь потом до него дошло, что его только что похитили. «Ренджровер» мчался на север по Берлинской кольцевой дороге, свернул на Моабит и остановился в подземном гараже где-то в центре. Ветрову поездка показалась вечной. Внутри машины стояла ледяная тишина. Когда робот как раз заканчивал свое выступление в Обществе, Ветров в сопровождении похитителей ехал наверх в лифте. Он проследовал за ними в большое офисное помещение, где их ожидали еще двое мужчин. Они коротко представились: Абель – прокурор, Шлангенбадер – Федеральная разведывательная служба.
Абель сообщил Ветрову крайне неприятную новость. На него, известного политолога и консультанта по вопросам предпринимательства, с американской стороны были наложены санкции.
