Несколько стран объединились в Евразийском союзе: русские уступили объятиям китайцев – или наоборот. Но к союзу также присоединились персы, турки, индийцы, казахи, узбеки и другие народы Центральной Азии. То, что началось как единое экономическое пространство, а потом стало зоной свободной торговли, собственно говоря, было слиянием Евразийского экономического союза со стратегией китайского Шелкового пути. Россия стремилась к сотрудничеству с новой сверхдержавой, особенно с глобальными финансовыми инструментами, которыми обладал Китай, чтобы противостоять давлению Запада. Для этого Москва пошла на исторические компромиссы и фактически предоставила Китаю экономическую экспансию на своей территории, чего не разрешала раньше Западу. Протекционизмом они не подпускали к себе Запад. Китай был гегемоном над Африкой.
И Китай был благодарен за это России. Конфликт с США был неизбежен, но Пекин рассчитывал на поддержку ядерной державы России. У НАТО появился крупный конкурент на Востоке, чье влияние простиралось до Ближнего Востока и перевернуло весь арабский регион.
В конце двадцатого века Запад все еще пытался наводить свои собственные мосты через Кавказ и Центральную Азию в Китай. Но вместо конкретного экономического плана модернизации региона ЕС предложил демократию и либеральные ценности постсоветским «мостовым государствам». Мост в Азию никогда не был построен. Через двадцать лет китайцы пришли к той же идее. Они взялись за старые планы прокладки нового Шелкового пути между Азией и Европой. Строительство этого моста удалось – за счет китайских денег, – и с тех пор усилилось влияние Китая в Евразии, вплоть до Запада. Китай также оплатил свою долю участия в транспортном и энергетическом секторе Европы. Европейский союз, который доминировал на Европейском континенте в течение многих лет, в конце концов не мог противостоять великому евразийскому движению.
От мирового порядка Парижской хартии 1990 года остались одни осколки. ЕС хотел когда-нибудь стать сверхдержавой либеральных ценностей. Но его расхваленная ценностно-ориентированная внешняя политика давно провалилась. Она была разрушена не Россией, а США, самым важным союзником Европы. США вернули мир к политике, основанной на интересах, в которой всегда имел вес более сильный и могущественный. В отличие от сонных европейцев, США уже давно осознали, что Россия действительно способна вновь сыграть важную роль в мировой политике. Европейцы подчинились своей судьбе и воле США. Америка была рада сохранить свой трофей от войн двадцатого века.
ЕС проиграл свой шанс объединиться с Россией и создать сильную континентальную Европу, хотя до недавнего времени поступали предложения с Востока: Россия предложила партнерство в модернизации Сибири, чтобы сибирский сырьевой резерв не полностью перекочевал в Азию. Россия также обратилась к европейцам за помощью в борьбе с исламским экстремизмом. Путин знал, каким будет будущее: в какой-то момент вражеский халифат появится на европейской земле. Союзом с Турцией и Ираном Москва обеспечила себе ценную поддержку в этой будущей борьбе.
ЕС полностью проспал этот процесс, и Ветров рассматривал возможность переезда в Россию, учитывая эту тенденцию. Там было безопаснее.
Мировой порядок теперь состоял из трех силовых центров: трансатлантического блока, евразийского альянса и сети исламизма, которая растянулась от Марокко до Гиндукуша и долго еще будет держать мир в напряжении. Эксперты подозревали, что у исламистов есть ядерная бомба.
Дворец Мира и Согласия в форме символичной пирамиды в Астане, которую президент Казахстана Нурсултан Назарбаев возвел себе при жизни, был празднично украшен. У входа на степном ветру развевались флаги евразийских государств. Зал взорвался овациями, приветствуя 68-летнего Путина и его китайского коллегу Си Цзиньпина, младше его на полгода.
Ветров, бывший среди многих зрителей, заметил рядом с Путиным евразийца Орешека.
Друзья Ветрова из Трехсторонней комиссии также должны были быть среди почетных гостей. Были ли они близки к цели в своих исследованиях? Пророчество Нострадамуса о правителе мира стало реальностью. Россия породила короля монголов – или евразийца, – как и предсказывалось почти пятьсот лет назад в зашифрованном четверостишии 10/72 на 1999 год, времени прихода Путина к власти в России. Во главе Большой Евразии сначала будут стоять президенты двух северных держав – России и Китая.
Георгий Ветров и Пол Ревэ встретились в пирамиде. Француз выбрал пафосные слова:
– Теперь и последний член Трехсторонней комиссии понял, что мировой порядок стал полицентричным. Именно Трамп заменил ценностную ориентацию в западной политике на возвращение великих держав к классической политике интересов.
Ветров задумчиво кивнул.
– Только Германия цепляется за модель либеральных ценностей, полагая, что остальной мир возвращается к канону ценностей.
Ревэ указал на президиум в зале.
