2084: Конец света полностью

Оба приятеля проводили свои посильные исследования в нескольких направлениях. Они прилежно посещали мокбу, изучая там Гкабул, слушая комментарии мокби к тысячу раз перевранным легендам Абистана и наблюдая, как паства всякий раз впадает в состояние каталепсии, когда зазывалы приглашают ее на молитву приветствием: «Слава Йола-ху и Аби, его Посланцу», которое затем хором повторяли надзиратели и толпы молящихся, причем все это в напряженно-сосредоточенной атмосфере с подозрительными взглядами украдкой. Процесс напоминал потрясающий фокус: чем больше смотришь, тем меньше понимаешь. Верующими двигала нерешительность; иногда трудно было даже понять, живые они или мертвые и ощущают ли они сами разницу между одним и другим.

Ати и Коа также занимались друг у друга дома, когда можно было ввести в заблуждение бдительность так называемых Гражкомов, или Гражданских комитетов квартала, которые имели безусловное право проникать всюду, где заподозрят наличие подозрительной активности. Потому что болтать по-дружески после работы – это уже слишком, к таким глупостям мог склонить только Шитан. Зеленые с желтыми флуоресцентными полосками бурни членов Гражкома были видны издалека, но комитетчикам не запрещалось прибегать ко всяким уловкам, чтобы захватить врасплох тех, кто их высматривает, что и являлось причиной страха, испытываемого жителями даже тогда, когда дверь закрыта на два оборота замка. «Откройте во имя Йолаха и Аби, это Гражданский комитет такой-то и оттуда-то» – этот выкрик никому не хотелось услышать. Машину слежки никому не удавалось остановить: после первого же вызова на допрос подозреваемые оказывались на стадионе, чтобы почувствовать на себе удары хлыстом и каменный град.

Следует знать, что Гражкомы являлись комитетами бдительности, сформированными самими гражданами с одобрения властей (в данном случае службы Общественной нравственности при министерстве Нравственности и Божественного правосудия совместно с отделом Гражданских ассоциаций по самообороне при министерстве Ополчений), и имели целью предотвращение отклоняющегося от нормы поведения в каждом квартале, выполнение мелких уличных полицейских операций и исполнение роли локального правосудия; некоторые комитеты были в почете, как Гражкомы нравов, к другим же испытывали неприязнь, и в первую очередь к Гражкомам, которые выступали против праздного образа жизни. Вообще же их была тьма-тьмущая, причем часто весьма недолговечных, сезонных, без какой-либо определенной цели. Существовало и место сбора – казарма Гражкомов, где рядовые комитетчики отдыхали и тренировались и откуда отправлялись в рейды по кварталу.

Учитывая вышесказанное, Ати и Коа предпочитали шататься по пустынным пригородам, где еще сохранялась капелька убогой свободы – слишком скромной, чтобы возыметь эффект, ведь для покушения на секреты, которые лежат в основе несокрушимой империи, свободы требуется много. Но вообще говоря, это уже был бунт в чистом виде: друзья дошли до того, что твердо рассматривали возможность однажды удалиться в какое-нибудь гетто смерти, как называли отдаленные анклавы, где еще осталось древнее население, вопреки всему продолжающее цепляться за исчезнувшие даже из архивов старые ереси. «Я дал им жизнь, а они повернулись ко Мне спиной и примкнули к Моему врагу Шитану, презренному Балису. Мой гнев велик. Мы вытесним их за высокие стены и сделаем все, чтобы самым страшным образом умертвить их» – так про отступников говорилось в Книге Аби.

Попасть на те территории представлялось делом почти невозможным, так как головокружительной высоты стены, которые непроницаемо окружали анклавы, беспрерывно патрулировались военными, которые стреляли в нарушителей без предупреждения. Кроме того, нужно было преодолеть минное поле и плотное ограждение из препятствий-рогаток, которые отделяли гетто от города, ускользнуть от радаров, видеокамер, сторожевых вышек, собак и, что совершенно немыслимо, от V. Речь шла не только о тщательной изоляции вредной для здоровья территории, как при карантине, но и о защите верующих от смертельных миазмов Шитана, поэтому в список тяжелого вооружения следовало добавить безмерную мощь молитв и проклятий.

Тем не менее, недостатка в способах для незаметного проникновения в гетто не было. Они существовали благодаря деятельности Гильдии, клана торговцев, которые нелегально, причем за немалые деньги, занимались поставками продовольствия в гетто через разветвленную сеть подземных ходов, охраняемых, как говорили, покрытыми панцирем и невероятно кровожадными троглодитами.

В конце концов друзья все-таки решились на рискованный шаг: на той стадии, до которой они дошли, иначе поступить было нельзя. В побег они вложили все свои сбережения до последнего диди. Ати, испытывающему нехватку средств после двух лет вынужденного бессилия, пришлось продать несколько прекрасных реликвий, полученных в качестве подарков от паломников, которых он повстречал в горах Син.