Светка была высокая, симпатичная, смугленькая, темноволосая, с зелёными глазами. У нас сложилась троица подружек, и все с зелёными глазами. Нас так и звали – зеленоглазки. Но у всех были глаза с разным оттенком: у Лильки с серым, у Светки с коричневым, а у меня с жёлтым цветочком на радужной оболочке глаза. Лилька была светленькая, а я пока не обрезала волосы, была рыжая. У меня как-то странно менялся цвет волос с возрастом. Когда родилась, мама говорила, что даже испугалась, когда принесли меня. Такая смугленькая, а волосы были чёрные, длинные и кудрявые. На фотографиях, где мне годика четыре, у меня длинные волосы соломенного цвета. И где-то в классе втором-третьем стали кудрявые и рыжие. Как в молодости у моей бабушки Оли, маминой мамы. У меня даже эта фотка выставлена сейчас на аватарке Вконтакте. Опять ушла от основной мысли.
Так вот. Светка оказалась общительной девчонкой, весёлая, можно сказать хохотушка. Она уже в той школе была в команде баскетболисток-старшеклассниц. А я в то время ходила в танцевальный. Меня после седьмого класса перевели в основной состав. И мы должны были поехать в летний лагерь в Болгарию. Я так боялась этого основного состава. Перед тренировкой меня всю трясло, ведь там был хореограф-мужчина. Такой здоровый дядька с бородой и волосатыми руками. Когда он подходил и начинал прикасаться ко мне, показывая, как надо делать что-то, я цепенела и каменела. Жутко его боялась, короче. Мама не отпустила меня в ту поездку, потому что я была самая младшая в коллективе. Там были парни и девчонки по восемнадцать-девятнадцать лет. А мне тогда только четырнадцать было. Не поехала я, и меня отчислили из основного состава. А потом я и вовсе перестала ходить. Стало неинтересно с молодыми, я-то всё это уже умела делать.
На уроках физкультуры мне стеснительно было. Ведь большинство девчонок уже имели титечки и попочки. А я как досочка, со всех сторон ровненькая. Зато немногие могли залезать на канат, а особенно на металлический шест. Он был такой же длинный, как и канат. И только я и ещё одна девочка могли его преодолеть. Светка здорово играла в баскетбол. Я тогда мало понимала в баскетболе. Больше нравился волейбол. Там хоть, по крайней мере, не толкались и не отбирали мяч. А потом потихонечку втянулась и стала ходить на тренировки, благо они проходили в нашей школе, и преподаватель физкультуры, Людмила Петровна, была ещё и тренером нашим.
Я и так-то была высокая, а тренировки по баскетболу ещё подвытянули меня. После седьмого класса я уже была ростом с маму. А за лето после восьмого вообще вытянулась на пятнадцать сантиметров. И мама не очень одобряла эти тренировки и сказала, чтобы я прекратила заниматься. Но я всё равно в течение учебного года ходила. Ну, а в спортивный лагерь мама меня, конечно, не отпускала. Там две тренировки в день было. Утренняя и вечерняя. А я работала в летние каникулы.
Треньки в течение учебного года иногда заканчивались поздно, потому что зал был один, а спортивных секций при школе много. И я, чтобы не ехать домой, оставалась в школе. Сидя на подоконнике, делала уроки на следующий день. А то однажды мама меня не отпустила обратно в школу на вечернюю тренировку. И мне было неудобно сказать причину пропуска тренеру. Да и девчонки бы не поняли меня, а уж тем более мою маму. Возвращаться домой поздними вечерами было не страшно. Мы же с Лилькой были вдвоём на пустынных остановках в тёмное время года. Так мы до окончания школы и проиграли в баскетбол и волейбол. Даже участвовали в межшкольных соревнованиях.
В девятом и десятом классах мы уже были «не разлей вода». У каждой была ответственная должность помимо учёбы. Лилька была старостой класса, Светка культмассовым сектором, а я председателем учебного комитета школы. Это вообще отдельная история. Так вот. Раз на нас возложены такие серьёзные обязанности, мы частенько оставались после уроков в школе. То надо было выбрать кино или выставку, куда в каникулы пойдёт весь класс, то стенгазету нарисовать. Это для Светки. Она хорошо рисовала и придумывала всякие смешнульки-карикатульки и поздравления для учителей или именинников. То надо Лильке назначить ответственного за транспаранты и сделать цветочки на демонстрации. Мы всё это делали сами, из того, что приносили из дома. Кто-то тряпочек принесёт, кто-то бумагу жатую для цветов. У парней просили проволоки и кусачки в кабинете труда.
