Алиса сама не ожидала от себя такой откровенности. Но Лены все не было, а этот незнакомец сейчас допьет свой кофе, и больше она его никогда не увидит.
– Если бы он любил тебя, то ни за что бы не потерял.
– Честно говоря, мы никогда не встречались. Но я чувствую его, вот тут, – она прикоснулась ладонью к груди. – Я очень хочу к нему, ты мне веришь?
– Верю. Но не уверен, что человек этот принесет тебе счастье.
– А я уверена в этом. Знаешь, каждый вечер перед тем, как заснуть, я мечтаю о нем. О нас. И чувствую его рядом. Его тепло, его любовь, нежность. Иногда я иду по улице и буквально ощущаю, как он идет рядом и держит меня за руку. Я даже знаю, как он целуется.
Алиса закрыла в смущении лицо руками.
– А вдруг он эгоист, каких свет не видывал?
– Нет. Он хороший…
Алиса чуть замялась в нерешительности, но все же продолжила свои откровения:
– Правда он однажды от меня отказался. Мне приснился сон, в котором он уходил от меня. А проснувшись, я перестала его чувствовать, совсем перестала. Но сегодня утром он вернулся! Я снова его ощущаю, говорю с ним у себя в голове. Он со мной.
– И что ты намерена делать? Будешь ждать, пока он найдет тебя?
– Ну, уж нет! Не стану я сидеть, сложа руки. Я буду его искать повсюду, вглядываясь в каждое лицо.
Парень улыбнулся, впервые за весь их разговор.
– Что ж, это неплохо звучит, однако, ты должна понимать, что на одной романтике далеко не уедешь. Ты слышала когда-нибудь о параллельных мирах?
– Слышала. Но не слишком в этом разбираюсь. Ты хочешь сказать, что мы с ним, возможно, из разных миров?
– Возможно.
– И я его никогда не смогу найти? – Алиса почувствовала себя так, словно кто-то ударил ее прямо по сердцу.
– Этого я не сказал. В этом, да и в любом другом мире, нет ничего невозможного. Люди сами ставят себе разные границы и рамки. А между тем, их довольно легко разрушить, было бы желание.
– Это все фантастика!
– Любовь и есть фантастика. Она не признает логики, ломает стереотипы. Для любви нет стен, нет параллелей. Она повсюду.
– Как бы ты посоветовал мне его искать?
Алиса пыталась уцепиться за ускользающую, словно песок сквозь пальцы, надежду.
– На твоем месте, я бы делал непривычные вещи и искал там, где никогда не бываешь или не любишь бывать.
– То есть, если я не люблю петь в караоке, ненавижу всякие тусовки, мне следует вести себя так, словно я это обожаю?
– Примерно. Чем сильнее ты меняешь свой привычный уклад жизни, свое поведение, тем ты делаешься гибче. Чем больше у тебя гибкости, тем больше и вероятность попадания в другую параллель. Люди сами не замечают, как проскакивают в параллельные миры. Там ведь все также, абсолютно также, за исключением одного – тебя там нет.
Алиса поймала себя на том, что ничего не понимает из его слов, и в тоже время, понимает все. Как будто эти знания в ней уже были заложены, а вот как их активировать, никто ей не сказал. То, что говорил ей странный незнакомец, не умещалось у ней в голове, как будто у этой информации был слишком большой объем для ее мозга, а может быть, она для него и не предназначалась.
– Видишь ли, некоторые вещи нужно понимать сердцем, – буквально прочитав ее мысли, ответил парень. – Не пытайся все пропускать через голову, есть то, что вообще для нее не предназначено. Люди не умеют пользоваться тем, что гораздо сильнее их маленького компьютера, встроенного у них в черепной коробке. Если бы они умели разговаривать с душой, то получили бы гораздо больше информации о таких вещах, которые невозможно обработать в голове и воспроизвести обычными словами. Есть то, что находится между строк и слов, то, что нельзя перенести на бумагу, увидеть или услышать, потрогать руками. Это как снежинки на кончиках твоих ресниц – один взмах, и они растают. Есть вещи, которые не нужно понимать, их нужно чувствовать.
Алиса почувствовала, как по ее коже забегали мурашки, а внутри что-то словно сдвинулось в сторону. На один миг ей показалось, что она видит все предметы не такими, какими привыкла их видеть. Чашка кофе показалась ей огромной, а люди вокруг, наоборот, маленькими, словно муравьи. А потом все слилось в единое цветное пятно, и она услышала музыку. Мелодия была такой прекрасной, что из глаз у девушки полились слезы. Она плакала и не могла понять, отчего. Чувство, охватившее ее, тоже было ей незнакомо – какая-то смесь печали и восторга, грусти и настоящей эйфории. Она принялась тереть глаза и попыталась вернуть нормальный ритм дыхания, которое почему-то сбилось. Мерное постукивание чайной ложки о чашку привело ее в себя. Предметы и люди обрели привычные очертания.
– Что со мной сейчас было? – с дрожью в голосе спросила Алиса.
– Ничего особенного. Ты сдвинула то, что фиксирует твой привычный мир, твою обычную реальность. Но сделала это грубо и неумело, а потому тебя это напугало.
– А если научиться сдвигать… это? Что со мной будет? Я смогу ходить по разным реальностям?
Алиса помнила, что у нее катастрофически мало времени, а потому она торопилась узнать самое важное.
