Эта опция, между прочим, была не так маловажна, как это может кому-то показаться. Потому что в очередной раз должна была воздействовать не на правительства, а на народы тех стран, в союз с которыми Сталин надеялся вступить. Это, кстати, хорошо помогало и тем лидерам, которые были согласны на этот союз, но внутренние обстоятельства внутри страны в этом им мешали. Тому же Рузвельту при его общении с политиками - изоляционистами или принципиальными противниками коммунизма достаточно было публично предъявить эти доказательства миролюбия России, чтобы обеспечить себе в глазах избирателей поддержку, а своим противникам - снижение популярности. Что многие из них хорошо понимали, и особо подставляться в этой ситуации не спешили. И риторику свою им поэтому приходилось несколько приглушать. Чем, естественно, опять же облегчали Рузвельту проведение его политики.
Кроме того. Сообщение ТАСС от 13 июня в известной мере нейтрализовало пропагандистский эффект обращения Гитлера к германской нации 22 июня 1941 года. Гитлер обращался со своей пространной речью, где приводил доводы в оправдание своего решения напасть на Советский Союз, естественно, не только к немцам и не только к своим союзникам. Его аргументы могли бы охотно использовать внутри США противники курса Рузвельта на союз с СССР. Однако Сообщение ТАСС от 13 июня, а самое главное, молчание Гитлера по его поводу, сильно снизило эффект от его речи. Да практически нейтрализовало значимость его аргументов. Уже в силу того простого обстоятельства, что он на глазах всего света, грубо оттолкнув руку, предлагавшую ему мир и переговоры, ответил голой и неприкрытой агрессией. После этого использовать любые его аргументы в чьих-то собственных политических целях стало просто самоубийственно глупо.
То есть Сталин своим Сообщением ТАСС снова решал одновременно несколько важных задач. Выявляя действительные намерения Гитлера и одновременно с этим продолжая выстраивать наиболее благоприятный для СССР фундамент будущего общения с возможными союзниками.
И была у этой акции ещё одна важная, но уже чисто техническая задача. Прикрытие подготовки страны к отражению германского нападения, которую теперь уже не очень просто было представить как подготовку СССР к нападению на немцев. Это сообщение фактически прикрывало эти масштабные мероприятия, которые было трудно спрятать, поэтому необходимо было каким-то образом объяснить. Продолжавшуюся переброску армий ко второму стратегическому рубежу по Днепру и Западной Двине. Призыв на долгосрочные сборы военнообязанных запаса. Досрочный выпуск училищ и академий. Начавшееся выдвижение к границе глубинных дивизий, входящий в резерв командования военными округами.
Заметим. Теперь, после Сообщения ТАСС, где говорилось о том, что в СССР проводятся плановые летние сборы и предстоят ежегодно проводимые маневры с проверкой работы железнодорожного транспорта, да еще, когда по этому поводу отмолчались сами немцы, представить эти события как подготовку Сталина к агрессии стало значительно сложнее.
Теперь о реакции на это сообшение внутри страны.
Сообщение было явно направлено внешней аудитории. Оно, собственно и имело форму реакции на сообщения английской прессы. Которую, как это известно, в огромном Советском Союзе читало от силы пять-шесть человек, да и то по служебной необходимости. Ясно поэтому, что для населения страны это сообщение могло иметь только характер информации о том, как советское правительство разговаривает с заграницей. В качестве руководства к действию внутри страны оно не предназначалось.
Можно было, конечно, воспринять её именно так, но была здесь одна тонкость, которую, конечно, люди внимательные не могли не заметить. Те директивные документы, которые представлялись советскому народу в качестве генеральной линии партии и правительства, всегда публиковались в главном печатном органе страны - газете "Правда". В данном случае "Правда" отмолчалась, ограничившись комментариями о миролюбивом внешнеполитическом курсе. Сообщение было опубликовано в "Известиях".
Понятно, что не Сообщением ТАСС руководствовался генерал армии Павлов, докладывая Сталину, что немцы ничего не затевают. И понятно также, что никакие сообщения ТАСС не заставляли генерал-майора Захарова отказаться от мысли, что на другой стороне границы противник как раз-таки затевает нападение. И уж конечно не Сообщением ТАСС руководствовался генерал армии Жуков, разрешая генералу Павлову разместить его дивизии в брестской мышеловке.