Уже сейчас занять боевые позиции. А передовые силы обех армий прикрытия округа, и 8-й, и 11-й, как мы помним, уже несколько дней как выдвинуты практически на линию государственной границы. Боевые патроны и снаряды выдать. Минирование начать немедленно.
И вот скажите, прочитав директиву этого округа, была ли для его войск необходимость в дополнительной команде на открытие огня?
Обратите внимание и вот на это.
"...до тех пор, пока самолеты противника не начнут боевых действий, огня не открывать..."
Да, действительно, здесь тоже говорилось о том, чтобы не поддаваться на провокации. Что само по себе, если это не доводится до абсурда, вполне себе здравое требование. Если противник тебя провоцирует, то зачем на эти провокации поддаваться?
Но как раз это и сбивало с толку, - слышится отовсюду вот уже целые десятилетия. Все боялись поддаться на провокацию, поэтому и не стреляли в ответ, когда немцы их обстреливали и бомбили. Потому что все боялись Сталина и не знали, как отличить провокацию от непровокации. Так примерно было в Западном особом военном округе, у генерала Павлова.
А вот в Прибалтийском округе люди пусть невеликих полководческих талантов, но ещё до начала войны решили этот вопрос и оповестили свои войска об этом решении просто. Провокация, это когда противник не ведёт боевых действий. То есть, не стреляет и не бомбит. Если он стреляет и бомбит, значит, он ведёт боевые действия. И ответный огонь открывать можно. И нужно. И эти понятия закреплены в директивном документе. Что здесь такого сложного и непонятного?
Кстати, то, что понимали они всё правильно не только сами по себе, но и ориентируясь на вполне понятные и однозначные разъяснения Москвы, подтверждает всё то же свидетельство адмирала Кузнецова о разрешении Сталина в случае нападения открывать огонь. Утверждение, что это указание касалось не только флота, но и армии, подтверждает то, что об этом было заявлено Жуковым в качестве комментария к директиве, которая, вообще-то говоря, напрямую флота не касалась.
Заметим при этом, что та зловещая сталинская атмосфера, флюидами которой потрясали и потрясают до сих пор, ну никак она не могла ограничиться только границами Западного особого военного округа. Так почему в Прибалтийском округе в этой же атмосфере поняли правильно, что два плюс два равно четырём? А в округе Павлова то же самое уравнение поняли не так? Почему на Северном флоте по немецким самолётам, нарушившим границу, начали стрелять ещё 18 июня? И никто им на это слова не сказал?
Так что, когда мы с вами читаем о том, как немцы в первые часы войны бомбили наших, а те в ответ боялись отвечать, то понимать это надо так. Такие у них были командиры.
Потому что в одних и тех же условиях одни командовали на огонь отвечать огнём, поскольку именно так, видимо, воспринимали окружающую их атмосферу. А другие на огонь отвечать запрещали. И сваливать эту разницу на Сталина не надо. Он не Господь, поэтому сделать из чиновника командира не мог даже он. При всей своей неограниченной власти.
Откуда это могло появиться? Если подумать, то всё объяснимо. Причина в том, что эти люди себя убедили в том, что могут быть ТОЛЬКО провокации. Но не война. Поэтому, когда немцы начали вторжение, просто действовали в соответствии со своей внутренней программой. Но программировали они себя таким образом сами. И вовсе не благодаря Сталину, а вопреки ему. Потому что это Сталин приказал подтягивать войска к границе, а они это только исполняли.
Вообще-то этот эпизод, случившийся в первые же минуты войны, заслуживает отдельного рассмотрения. Но вовсе не в силу его важности для сиюминутного успеха или неуспеха. Это было проявлением некого явления, а вовсе не инструментом изменения хода войны. Те час-полтора, когда кто-то не отвечал на немецкий огонь, они влияния на дальнейший ход войны не оказали и оказать не могли. Кроме того, ты, начав отвечать, ещё в этого немца попади. У него опыт и хладнокровие. А ты от волнения и непривычки палишь в белый свет.
Но как явление, как проявление неких характерных процессов, сама по себе эта история весьма примечательна.
Так откуда взялось это самопрограммирование? Под влиянием сталинской атмосферы? Но почему тогда эта же атмосфера не мешала другим вести себя в той же ситуации иначе? Значит, атмосфера в качестве объяснения не подходит (кто бы сомневался). Так чем это было?
А было это как раз проявлением того, против чего Сталин пытался бороться. Это было страхом перед будущей неизбежной войной. А ещё точнее и откровеннее это было проявлением инстинкта, вызванного страхом перед немцами и их непобедимостью. Поэтому те чиновники в мундирах, которые иррационально убедили себя в том, что войны не будет, а могут быть только провокации, попав в ситуацию, резко и безжалостно разорвавшую эти иллюзии, просто впали в ступор. Потому и действовали в соответствии с заложенной программой, игнорируя реальность.