Миша оторопел от ее спокойного, почти безразличного тона. Он забросал Лену вопросами: что именно случилось, что делала милиция и что делала сама Лена. И она поразительно ровным тоном рассказывала, куда ходила, что узнала, с кем встретилась и какие заявления писала. Миша предложил взяться за дело снова, у его отца в милиции работал старый друг. Ему показалось тогда, что Лена до сих пор пребывает в шоке, поэтому ничего не предпринимает. Лена на его предложение лишь пожала плечами – какой смысл?
– В смысле, какой смысл… – горячился Миша. – Может, найдем ее. Ну, может, ее похитили и она жива.
Лена заморгала, сгоняя слезы, и это был первый проблеск чувств за минуты, которые они обсуждали пропавшую мать.
– Не знаю… я не могу… делай, если хочешь.
Миша все же поговорил с другом отца. Тот внимательно выслушал и ответил, что история – глухарь и без тела двигаться никто никуда не станет.
Мать в рассказе Лены представала слишком противоречивой, чтобы испытывать к ней симпатию, и Миша в конце концов поймал себя на том, что разделяет Ленино безразличие к произошедшему.
Утром Миша отвел девочек в сад и школу. Лена держалась нормально.
– Лен, надо сообщить, – сказал он, вернувшись.
– Надо, – согласилась жена. – Давай сначала позавтракаем.
Она позвонила на работу и отпросилась. Миша приготовил омлет и кофе.
– Ты видел ее? – спросила Лена.
Миша отрицательно качнул головой.
– Тело было замотано пленкой. Поедим, и позвоню Скрынникову, – сказал Миша.
– Кому?
– Это следователь. Игорь Вячеславович. Нормальный чувак, тебе понравится.
Лена снова кивнула и задумалась. Миша не мог понять ее мыслей – рада ли она, что мать наконец нашлась и, скорее всего, ее убил Иван Вадимович, или предпочла бы никогда этого не знать. Двигалась и говорила жена медленно, Мише казалось, что она вот-вот потеряет сознание.
Он не сразу дозвонился до следователя, тот сбрасывал звонки, а потом написал, что на совещании. Через пару тягучих часов он перезвонил и молча выслушал Михаила.
– Ваша жена уверена, что адрес тот же? – уточнил он.
– Да. Она помнит имя и куртку с розой, – ответил Михаил. – Нам к вам приехать на опознание или как?
– Там нечего опознавать. Привозите ее сейчас ко мне, адрес скину. Сможете?
Кабинет Скрынникова выходил на набережную Мойки. Квартиры в этом районе стоили бешеных денег, цены были оправданы районом и окружением. Михаил по привычке думал в профессиональных терминах.
– Неожиданные новости, – сказал следователь, указывая им на стулья.
Лена и Миша сели. Миша думал, что кабинет, как и хозяин, будет в порядке, который можно измерять по линейке, но комната была живой, тесной, забитой мебелью и документами. На подоконнике жались друг к другу кружки с надписями, чахла драцена. На стенах висели записочки, визитки, плакаты. Календарь пестрел пометками.
– Расскажите, пожалуйста, вкратце, при каких обстоятельствах пропала ваша мать и как выглядела, – попросил Скрынников.
Лена рассказала об исчезновении и об Иване Вадимовиче и о том, как выглядела мать.
– Вы принесли ее фотографии? – спросил следователь.
Лена растерялась, но быстро взяла себя в руки.
– Нет, не подумала, извините, – сказала она, опуская глаза.
– Сфотографируйте и пришлите мне на ватсап. Это для судмедэксперта. Обычное опознание мы устроить не можем.
– Почему? – спросила Лена, встревоженно посмотрев сначала на мужа, потом на следователя.
– Из-за мумификации тела. Если это ваша мама, вы ее не узнаете, – ответил следователь. – Но мы можем показать, если хотите.
– Нет-нет, – поспешно отказалась Лена.
– Как же нам узнать, что это она? – спросил Михаил.
Скрынников помял губы.
– Суд примет только ДНК-тест. Не хочу вам навязывать, но проще всего будет сделать его за свой счет. Я наверняка смогу провести через нас, но уйдет время – согласования, документы. А в частном порядке будет готово через неделю. Это недорого, тысяч десять, кажется.
Михаил и Лена переглянулись.
– Давайте сделаем сами, – согласился Михаил. – Что нам нужно?
Скрынников написал на отрывном листе адрес.
– Вот, езжайте сюда, я предупрежу, что вы едете, вам подготовят биоматериал. А потом – в любую лабораторию для сдачи анализов. Если ответ придет положительный, то будем раскручивать вашу версию.
– Это точно она, – сказал Михаил. – Все же сходится.
– Давайте не будем торопить события, – ответил следователь. – Сегодня я еще раз навещу Ивана Вадимовича, попрошу рассказать о Любови Андреевне Афанасьевой, состоявшей с ним в близких отношениях.
Михаил снова восхитился способности Скрынникова запоминать полные имена, а ведь он даже не записывал.
– Вам помочь? – предложил Михаил.
– Поезжайте пока в морг, сдайте анализы, а потом позвоните, разберемся. Если будет как вчера, поговорим вместе. Или Елену приведем, чтобы разговорить.
Михаил заметил, как жену передернуло от последних слов следователя.
