Пожав плечами, я решил не отрываться от коллектива и занял за столом ближайшее к двери место.
– Сейчас-сейчас, одну минуточку! – попросил у меня извинения лысый и продолжил что-то писать. Он явно тут был главный, поэтому я молчаливо согласился. Перо легонько поскрипывало, парень дымил не переставая, в общем, делать было нечего, поэтому я стал осматривать помещение. Первый обзор не принес ничего примечательного: обычная комната, два окна с форточками, под ними батареи. Люстры нет, вместо нее сверху сиротливо на проводе свисает одинокая лампочка.
– Итак, Вячеслав Владимирович, я закончил, – голос Алексея Павловича заставил меня обратить на него внимание.
– Хоть мы уже и знакомы немного, но тем не менее представлюсь. Алексей Павлович Малеев, председатель областного комитета по радиовещанию.
– С Игорем Степановичем вы уже знакомы, – он кивнул на секретчика, – А вот с Андреем Леонидовичем Кандауровым еще нет.
Парень у окна посмотрел на меня, сердито буркнул «Привет» и зажег очередную папиросу. Такими темпами у него скоро из ушей никотин начнет капать.
– Прежде чем я вас введу в курс дела… – лысый повернулся к секретчику. – Все подписано?
– Да, ознакомлен, и подписи все на месте.
– Так вот, прежде чем расскажу, из-за чего такая суматоха, – Алексей снова повернулся ко мне и пододвинул листочек, – посмотрите, пожалуйста, этот документ.
Я взял предложенное. Постановление Совета Министров номер такой-то, от 49-го года. Про новые приемники, которые требуется выпускать только с диапазоном средних и длинных волн. Приемники назвать «Москвич» и «Салют». Или уже готовым присвоить такие названия – тут я не понял. Ну, вроде нормально все, никакого криминала.
– Ознакомился, – я вернул листик на стол и подтолкнул его назад.
– А теперь ответьте, пожалуйста, каковы, на ваш взгляд, причины подобного решения о диапазоне принимаемых волн? – Оп-па, а парень у окна подобрался, будто сейчас бросится на меня.
– Только средние и длинные… Никаких коротких диапазонов… – я начал делать вид, что размышляю. На самом деле ответ мне был известен. Еще до попадания я интересовался, почему во многих советских приемниках было так. Ведь докрути несколько витков на катушку или смени конденсатор, добавь антенный вход – и практически любой приемник получал возможность принимать передачи на коротких волнах. И даже когда в позднем СССР появились приемники с коротковолновым диапазоном, он был в них исключительно для галочки – чувствительность там была такая низкая, что иногда отличалась на порядок от соседних.
– По каким-то причинам требуется для населения ограничить прием передач от удаленных радиостанций. Особенно в темное время суток, – еще немного поизображав размышления, я поделился с окружающим послезнанием.
– Волшебно! – вдруг грохнул ладоням о стол Алексей Павлович. От неожиданности я аж вздрогнул.
– Андрей, как тебе такое, а? – он повернулся всем телом к парню у окна.
Тот стоял, удивленно глядя на меня. Папироса, прилипшая к нижней губе открытого в изумлении рта, делала его облик очень комичным.
– А-а-а… А как это? – наконец отмер он.
– Ну, короткие волны обладают крайне специфичным поведением, – я пожал плечами. – Только они имеют свойство отражаться от ионосферы с крайне малыми потерями. Поэтому на обычном приемнике, особенно ночью, возможно услышать станцию, находящуюся за три или даже четыре тысячи километров. Средние и длинные волны такими цифрами похвастаться не могут, не говоря уж об ультракоротких.
– Это же тогда больше станций надо ставить. Но ведь это же тогда вредительство какое-то получается… – начал было парень и тут же заткнулся. Дошло, кого вредителями называет.
– Не вредительство, а забота о населении, – я решил прийти ему на помощь. – Вот так поставит капиталист в удобном месте радиостанцию и начнет транслировать всякую чушь, маскируясь под добропорядочного. Очень многое может произойти, пока какая-нибудь доярка не поймет, что за гадость она слушает.
Я благоразумно не стал оповещать присутствующих о том, что полностью в курсе, что уже поставили и уже вещают. На приемнике, встроенном в больничный агрегат, я уже успел послушать Би-би-си и даже «Голос Америки». Хоть и делались попытки их глушения, но на данный момент щит явно проигрывал мечу. Пока их передачи отличались крайней наивностью и транслировали в эфир реальный бред в духе: «По сообщению нашего корреспондента, в Москве произошла авария с фекалиями. Теперь все горожане ходят, зажимая нос». Но это пока, скоро в эфире начнется реальная войнушка «кто кого». Может, помочь, чтобы мы их, а не они нас? Я отложил мысль в раздел «на подумать».
– А государству несложно поставить чуть больше радиостанций, вещающих на длинных и средних волнах, – продолжил я, – в результате через некоторое время население будет охвачено радио, а имеющиеся приемники с диапазоном КВ станут анахронизмом.
– Кем станут? – парень смотрел на меня уже с восхищением.
– Чем-то несвоевременным, пережитком старины, – внезапно помог мне секретчик.
