И тогда он целует меня. Во мне что-то ломается. Я сжимаю Троя за плечи и понимаю, что не в состоянии говорить. Это трудно. Ради него я решила умереть, ради него я решила переступить через себя, а МакКалистер делает вид, будто не видит, как сильно мне нужен.
- Прости, - вдруг шепчет он мне в губы. – Ты все, что у меня осталось.
Его руки до боли сдавливают мою талию, но я не жалуюсь. Крепко зажмуриваюсь и вдыхаю запах его кожи в самую глубину легких. Трой МакКалистер изменил мою жизнь. Он навсегда изменил меня.
Джейк приезжает через несколько минут. В салоне ждет Стелла. Не знаю, зачем едут все, но не задаю вопросов. Главное, Трой не выпускает мою руку. Уверена, он уже сходит с ума от того, какую глобальную ошибку совершает, позволив мне сесть в автомобиль. Но я стараюсь об этом не думать. Молча смотрю вперед и не убираю голову с его плеча.
Мы подъезжаем к коттеджу моих родителей, когда сгущаются сумерки. Неуверенно выглядываю в окно, сглатываю и вспоминаю, как вернулась домой после выпускного. Я шаркала по асфальту, прижимала к груди замерзшие руки и никак не могла поверить в то, что случилось. Мысли, будто Трой уехал, казались невозможными. И я не соглашалась до последнего. Но потом, когда осознание все же вспыхнуло между висков, зарыдала.
В тот день многое изменилось.
Мы выходим из автомобиля. Джейк посвистывает, осмотрев веранду, и недоверчиво косит в мою сторону.
- И ты бросила
- Я бы сделала это еще раз.
- Все в порядке? – Стелла пробегается по мне оценивающим взглядом. Затем смотрит на МакКалистера. У него бледное лицо, руки сжаты на груди, будто он пытается удержать в себе нечто опасное. Ее пугает такая реакция. – Может, не стоит торопиться?
- Я должна поговорить с мамой, - киваю я, - если что-то пойдет не так, мои родители вызовут полицию. Они не останутся в стороне.
- Более того, они и тебя не отпустят, - отрезает Трой. Мы встречаемся взглядами, и я недовольно поджимаю губы. – Сделай мне одолжение, Китти. Послушай их.
Он резко отворачивается, стискивает зубы. Замечаю, как на лице выделаются скулы. Хочу прикоснуться к ним ладонью, но не успеваю.
- Катарина? – удивляется кто-то. Резко оборачиваюсь и тут же ощущаю, как к горлу подкатывает горечь. О, нет. – Катарина Рочестер? Трой МакКалистер? Ущипните меня.
- С радостью!
Стелла выходит вперед, однако я аккуратно останавливаю ее, выставив руку.
- Привет, Фей. - Фей Деэбервилль – девушка, под силой которой прогибаются даже деревья. Когда-то мы были подругами, а затем ей вдруг показалось, что наблюдать за моим сумасшествием гораздо веселее.
- О, мой Бог! Это правда ты? Я думала…, - она запинается. Неуклюже похлопывает ресницами и усмехается, - не важно. Что ж, рада, что вы опять вместе.
Да, вижу, как она рада. Девушка едва ли сдерживается то ли от смеха, то ли от ужаса, застрявшего в горле. Троя бесит ее реакция. Он выходит вперед и спрашивает:
- Ты спешишь?
- Я не…
- Пойдем. – Он хватает меня за руку и тянет за собой. Не знаю, с какой стати он ведет себя подобным образом, ведь это я должна сбегать от Фей. Не он. Но я не сопротивляюсь. Мы останавливаемся только возле дверей коттеджа. Замечаю, как парень тяжело дышит и недоуменно свожу брови.
- Что с тобой?
- Мы не должны были приезжать, Китти. Это неправильно.
- Ты здесь ради матери.
- А ты, дай угадаю, ради меня.
Его тон злит не на шутку, однако я быстро беру себя в руки. Вздыхаю и прижимаю парня к себе. Его руки порывисто смыкаются за моей спиной.
- Я боюсь за тебя, птенчик.
- Не надо. Все будет в порядке.
- Ты не можешь знать. – Трой зарывается лицом в мои волосы.
Иногда мне кажется, что люди для того и встречаются, чтобы вовремя схватить друг друга за руку. Но, что смешно, именно из-за них, порой, мы и падаем на дно пропасти. Так как понять, что поступаешь верно? Как довериться тому, кто не разожмет пальцев?
ТРОЙ
Хелен Рочестер не отводит от меня взгляда. Весь разговор она только и делает, что испепеляет меня жгучей ненавистью. Или презрением? Я вновь ощущаю себя дворнягой, которую маленькая девочка подобрала с улицы и принесла домой. Ее родители воротят нос, осматривают меня и ругаются, а я не двигаюсь, рассчитывая на волшебные, мать их превращения, которые сделают из куска дерьма достойного человека.
Волшебства не происходит.
- Чтобы решить проблемы, не нужно кидаться в еще более опасные неприятности, - сообщает Ричард Рочестер. У него усы, очки, костюм, седина – все, что необходимо для описания толстосума, который вроде бы как еще не утратил человечности, в чем я очень сильно сомневаюсь. – Вы обращались в полицию?
- Нет. Это может навредить, - прочитав мои мысли, отвечает Китти.
- И что вы делаете здесь? – вспыхивает Хелен Рочестер. Она дергано ухмыляется и глядит на меня так испуганно, будто я собираюсь убить ее дочь; будто я пришел для того, чтобы причинить их семье боль. – Мы – не красный крест. Не полицейский участок. Чем моя дочь
