– Во-первых, я принесла тебе зелье, – она достала из кармана своего нежно-розового платья мою колбочку и протянула её мне. – Если снова закончится, дай мне знать.
Я принял колбу и на пару секунд задержал её руку своей. Сознание кричало мне о том, что это тот самый случай, когда необходимо действовать.
– Хорошо. Я обязательно тебе сообщу, – в этот момент я представил себе достаточно комичную картину. Я сижу на заднем дворе и выпиваю весь бутылёк залпом, лишь бы поскорее прийти к Саманте в 1713 год и попросить новую порцию. – А вторая причина?
Она смущённо посмотрела на наши руки и осторожно вытащила её из моей слабой хватки. Щёки её покраснели, а взгляд заметался из стороны в сторону. Мне было приятно смотреть на её смущение.
– Во-вторых, отец попросил меня забрать книгу. Кажется, ему в голову пришла очередная теория и её необходимо подтвердить.
– Ох, книга… Понимаешь ли, я ещё не успел переписать свою часть.
– Так ведь это не проблема, – она лёгким движением подвинула кофейный столик на место. – Я никуда не тороплюсь. Ты можешь дописать всё прямо сейчас.
Именно сейчас я вновь убедился в том, что все девочки чем-то похожи. Например, своей упёртостью. Вот расшибись, но сделай всё за одну ночь. Я обречённо вздохнул и окинул взглядом раскрытую книгу.
– Давай же, Хью, я смотрю, тут осталось совсем чуть-чуть.
– Да-да, хорошо. Вот только есть одна проблемка. Я просто засыпаю на ходу. Не могла бы ты рассказать мне что-нибудь, чтобы я чуть-чуть приободрился.
Она села по другую сторону стола, строго напротив меня.
– Если ты не допишешь это прямо сейчас, я разбужу Джесс и мы вместе с ней накостыляем тебе по тыкве. Ободряюще?
Вот оно – общение с Джессикой Оливией Фостер. Я решил подыграть ей и, встряхнув головой, сказал:
– Ты знаешь, да, вполне. Прям чувствую прилив бодрости.
– Вот и отлично. Приступай к работе.
– Ладно. Самми?
– Что?
– А третья причина?
– А это тебе знать не обязательно.
– Это нечестно!
– Ещё как честно.
– Я требую ультиматума.
– Хорошо. Ты сейчас же приступаешь к работе, и если успеваешь сделать всё до половины второго, то я расскажу.
Я сделал жест армейского салютирования и чётко произнёс:
– Есть, мэм.
– И ещё. Не мог бы ты дать мне книгу про твоего Шерлока?
Я практически закончил перепись информации, как Саманта робко спросила:
– Хью, а можно вопрос?
– Конечно, сколько угодно. Но только не очень серьёзный, иначе я буду долго объяснять и не успею дописать.
– А ты стараешься, как я погляжу.
– А то. Так что там за вопрос?
– Это, возможно, не моё дело, но. Может быть, я помогу тебе зашить дырки на твоих штанах? И у Джесс я видела такие же. Она разве не умеет шить? Я просто смотрю на твои ноги сейчас, и моё сердце обливается кровью.
Я покатился со смеху.
– Что смешного? Я вообще-то от чистого сердца.
– Она тебе не рассказала?
– Не рассказала что?
Мне пришлось сделать пару глубоких вздохов, чтобы успокоиться и перестать смеяться.
– Сейчас рваные штаны, вроде как, считаются модными. И их продают прямо такими.
– С дырками? – Удивилась она.
– Да, с дырками. И чем больше дырок, тем более модные.
Она ещё пару секунд смотрела вникуда, после чего сказала:
– Модные. С дырками. Продают прямо такими, – её задорный хохот заполнил комнату. Хорошо, что люк был закрыт, иначе, мы бы уже давно разбудили Джесс. – Это же так странно! У нас людей в одежде с дырками считают нищими оборванцами.
– Поздравляю, твой друг-модник из двадцать первого века – нищий оборванец.
– Даже, если так. Я всё равно рада, что ты мой друг-оборванец.
Я перестал сдерживать улыбку.
– Если тебе будет спокойнее, то я могу переодеть штаны.
– Прямо здесь?
– Прямо сейчас.
Я подорвался с места.
– Нет, стой! – Она схватила меня за руку. – Не смей делать этого. Мне нравятся твои штаны.
Я ухмыльнулся и съязвил:
– Тогда, может быть, ты хочешь такие же?
Но Саманта оказалась не из робкого десятка и так же едко ответила:
– Разумеется. И желательно, чтобы дырок было как можно больше.
– Тогда сегодня же пойдём и купим тебе их. И ещё различных блузок, идёт?
Она обиженно фыркнула:
– Тебе не нравится то, как я одеваюсь?
– Как раз наоборот. Мне нравится, когда девочки носят платья, а не штаны, – она смущённо улыбнулась. – Но ведь ты же так сильно хочешь дырявые штаны. Поэтому, как хороший кавалер, я обязан купить тебе их.
– Хах, вот это ты разбежался. Кавалер?
– Ага, или как там меня назвал этот идиот Фриц?
– Только тот факт, что он назвал тебя так, не говорит о том, что так и есть на самом деле.
Я наклонился к ней, через стол, нависая над книгами. Расстояние между нами сократилось в разы. Наши лица находились примерно в двух сантиметрах друг от друга.
– А какой же факт сделает это? Что мне необходимо предпринять, чтобы стать твоим кавалером, а, мисс Саманта Смит?
– Для начала прекрати меня так смущать.
– Уж извини, но это невозможно, – я смотрел прямо ей в глаза. – Это мой ответ на то, что ты отвлекаешь меня от дела. Хочешь, чтобы я не успел дописать, и ты сохранила третью причину в тайне?
– И в мыслях такого не было.
Я резко сел обратно.
