Каждый из нас когда-то терял близкого человека. Каждый переживает эту боль по-своему. Кто-то уходит в загулы, кто-то отходит от всего окружающего на неопределённое время, а кто-то пишет письма… Содержит нецензурную брань.
27 сентября 2007 года тебя не стало…
27 лет тебе было в этот момент…
27 писем решила написать…
27 мне сейчас…
Письмо 1.
Помнишь, мы с тобой смотрели «Роковое число 23», где снимается мой любимый Джим Керри? Мы ещё тогда подсмеивались над всей бредовостью происходящего. Вкратце: главного героя повсюду преследовало число 23. В книгах, автобусах, датах. Тогда это всё казалось простым совпадением. Сейчас же меня преследует 27. Можно ли назвать иронией судьбы, что ты умер 27 сентября 2007 года в 27 больнице города Иркутск в 27 лет. 27. 27. 27. Уже голова идёт кругом. Даже в твоей команде по баскетболу у тебя был 27 номер. Чёрт, чёрт, чёрт. 8327 последние цифры твоего мобильного. Ладно, хватит о совпадениях. Егор, расскажи мне, как может 27-летний баскетболист всю жизнь, посвятивший спорту и здоровому образу жизни, умереть от инфаркта? Просто взять и упасть прямо в момент игры. У всех была надежда, ведь в карете скорой тебя удалось откачать, правда ненадолго. Спустя несколько часов ты умер в реанимации. Вам знакомо, каково это, остаться в 25 лет вдовой. Хотя какой вдовой. Мы ведь даже не были расписаны. Просто жили вместе. Как сожители, любовники, да хрен его знает кем мы друг другу приходились. А ещё мне всё время снился странный сон, как будто бы ты меня постоянно покидаешь. Причём происходило это всегда в разных вариациях. Ты просто садился на поезд и куда-то уезжал. Или же мог бросить меня. Или попадал в аварию. Но самым странным и диким был сон, приснившийся за десять дней до твоей смерти. К нам приехала ярмарка в честь какого-то праздника, по-моему, в честь Дня Святого Валентина. И там был такой странный аттракцион под названием «Найди себе пару». Ты садишься в одноместные кабинки, поднимаешься на неведомую высоту, тебя раскручивает изо всех сил и отшвыривает к какому-либо человеку, которому и предназначено стать твоей парой. Меня отшвырнуло к какому-то высокому зеленоглазому блондину. Странно, ведь ты кареглазый брюнет. Ну так вот. Отбрасывает меня значит к этому блондину, я беру его за руку и вдруг к нам подходишь ты со своей фирменной улыбкой во все тридцать два, и не слова не говоря, разворачиваешься и идёшь к магазину, где продаются доски для сноуборда. Твоя вторая страсть после баскетбола. Поднявшись по ступенькам в этот магазин, ты оборачиваешься и с печалью во взгляде говоришь моему напарнику: «Теперь брат, она твоя». И заходишь. Я пытаюсь войти за тобой, но проваливаюсь в пустоту. Теперь, спустя семь лет, когда я замужем за высоким блондином Арсением и у нас есть прелестный четырёхгодовалый сынок, я вспоминаю этот сон всё чаще и чаще. Опять лает твоя мерзкая псина. Рейчел. Терпеть не могу доберманов. Но я не могла ее не отдать, не выгнать. Как-никак живая память о тебе. Хоть и дико бесящая. Теперь ещё приходится выгуливать ее два раза в день. Поскорее Дима подрос, чтобы можно было свалить это на него.
Кстати, знаешь, что сейчас вспомнила. Как тебе зашивали палец после того, как ты пытался срезать немного веток для нашей белки. Ирония судьбы… Один из самых лучших баскетболистов в жизни был жутко неуклюж. Как-то раз ты притащил домой белочку. Настоящую, мать его, живую белочку. Откуда ты её достал для меня до сих пор является тайной за семью замками. И вот, чтобы ей было что погрызть, ты решил в очередном нашем лесном походе настругать ей палок. И вдруг, не знаю каким образом, у тебя соскочил нож и распорол пополам палец. А ты всегда боялся вида крови. В принципе, как и я. И вот, стараясь не падать духом, ты же настоящий мужчина, прижав к себе окровавленную ладонь, весь бледный ты двинулся в сторону дома, не произнося не слова. И только из дому мы уже вызвали скорую. Над тобой втихаря ржала вся больница. Я клевала носом под дверью, когда вышла медсестра и сказала, чтобы я забирала тебя домой. Палец тебе зашили, но с её слов я поняла, что ты чуть не отъехал там. Придя домой, ты вкусил моего вкусного борща, который ты всегда, посмеиваясь называл приворотным, ибо с его помощью я вернула тебя (но это уже совсем другая история) и мы отправились спать.
А я сейчас тоже со шрамом. Он больше, чем у тебя раз в семь. Мы как-то гуляли с Димой и на него кинулась бродячая собака. Я кинулась на его защиту, подставила руку, и она вырвала у меня кусок кожи с мясом. Но я не чувствовала боли в тот момент. Мне было важно защитить сына. Уже после в больнице, очнувшись от очередного укола, я начала всё ощущать. Теперь вот подумываю набить свою первую татуировку. Как-то не очень шрамы девушку украшают. Хочу рукав в стиле Алиса в стране чудес. Всегда безумно любила эту сказку.
Знаешь, когда проходит достаточно времени после смерти близкого человека, люди начинают вспоминать какие-то милые мелочи, связанные с ним. Какие у него ямочки, когда он улыбается, как он обнимает тебя во сне, как забавно щурится по утрам. Я ничего такого не помнила. Не знаю почему. Наверное, меня настолько высушили наши отношения, что никаких эмоций попросту не осталось.
