– Тогда нам нужно поговорить с ним, и поживее. Дело срочное.
Полицейский указал на привлекательную женщину средних лет за столом.
– Чем могу быть полезна? – спросила офицер Фейрхолм, когда они приблизились.
– Короче говоря, пропала моя мать.
– Вы были у нее дома?
– А вы как думаете? – огрызнулась Барбара.
– Когда вы в последний раз разговаривали с ней? – осведомилась женщина-полицейский и принялась записывать информацию на листочке.
– Этим утром! – сказала Барбара так, будто это было вечность назад. – Мы обе с ней разговаривали.
– Да, и я тоже, – вставила Фрида.
– В ее доме было что-нибудь такое, что заставило вас заподозрить похищение? – спросила офицер Фейрхолм, не выказывая ни тени сочувствия.
– Да! На полу валялись брюки, которые она вообще не носила! – воскликнула Барбара.
– А может, она сама их бросила на пол?
– О нет, вы не знаете Элли, – ответила Фрида. – Одежда для нее очень много значит. Она никогда бы не допустила, чтобы что-то валялось на полу. И я такая же. Мы обе очень аккуратные.
– Прошу прощения, а вы?.. – осведомилась офицер Фейрхолм.
– Я лучшая подруга пропавшей.
– То есть единственное, что вызвало подозрения, – это пара штанов на полу?
– Поверьте, моя мать никогда ничего не оставляет на полу.
– Еще что-нибудь? – спросила офицер Фейрхолм с нарастающим скепсисом.
– Да! Когда миссис Фридберг спустилась проведать мою мать, в ее квартире оказалась моя дочь.
– Ее мать жаловалась на мышь, – вставила Фрида.
– Нет, это она мне пожаловалась на мышь. Тебя она только о самочувствии спросила.
– Да, точно. Я ошиблась.
– Послушайте, возможно, она просто вышла куда-нибудь. Наверняка уже вернулась, – предположила офицер Фейрхолм. – Почему бы не позвонить ей?
– Ее там точно нет. Поэтому мы и пришли, – возразила Барбара. – Слушайте, что у вас за участок такой? Мы знаем, что моя мать пропала, и надо ее найти.
– Да, и чашечка кофе не помешала бы, пока мы ждем, – добавила Фрида.
Барбара бросила на нее уничтожающий взгляд.
– Хорошо, тогда вот что. На обратном пути можете зайти в комнату отдыха и налить там себе кофе. Если ваша мать не объявится через двадцать четыре часа, буду рада помочь, но до тех пор – сожалею, ничего не могу сделать.
– Ничего? – вскинулась Барбара.
– Ничего, – кивнула офицер. – Давайте я запишу ваше имя. Миссис…
– Сутамолок. Барбара Сутамолок.
Офицер Фейрхолм отложила ручку и уставилась на Барбару.
– Барбара Джером?
– Верно, – отозвалась Барбара и вгляделась в собеседницу чуть пристальнее.
– Вы меня совсем не узнаете? – ухмыльнулась та.
– Я узнаю человека, который и пальцем не шевельнет, чтобы помочь, в то время как моя мать находится бог знает где, – отрезала Барбара.
– Горячо! – отозвалась офицер Фейрхолм, как будто они играли в какую-то игру. – Беа Лонаджин, Харритоновская школа.
– Барбара ходила в Харритоновскую школу! – ахнула Фрида.
– Ах вот как, – только и смогла проговорить Барбара.
Нахлынули воспоминания о том, как она мучила Беа Лонаджин. Сколько раз она звонила самым симпатичным мальчикам класса, притворяясь Беа; сколько раз она ставила Беа подножку в коридоре. А еще благодаря Барбаре Беа завалила экзамен по домоводству, потому что во время приготовления кукурузного хлеба Джером-младшая переключила духовку Беа в режим гриля. И тем не менее популярные девушки никогда не любили Барбару.
– Да, привет, Барбара, – сказала Беа, кидая на нее оценивающий взгляд.
– Привет, Беа, – слабо улыбнулась Барбара.
– Ты еще пересекаешься с ребятами из школы? Я со всеми моими друзьями до сих пор в близких отношениях.
– Иногда, – пробормотала Барбара.
Сказать по правде, у Барбары не осталось школьных друзей, и она знала, что Беа это известно. Беа явно наслаждалась своей маленькой местью – наконец-то, спустя столько лет. А вот Барбара, к сожалению, нет.
– Что ж, рада видеть тебя, – процедила сквозь зубы Беа.
– Я тоже, – процедила Барбара в ответ.
– Как я уже сказала, я бы, конечно, и рада помочь давней подруге, да и маму твою я помню, очень приятная дама, но правила есть правила. – Беа была непреклонна.
– Ну что ж, ладно. Я понимаю, правила. Мы вернемся через двадцать четыре часа. Тогда и увидимся, – заявила Барбара и взяла Фриду за руку.
– Надеюсь, до этого не дойдет, – широко улыбнулась Беа.
– Пойдем, Фрида.
– А как же кофе? – напомнила старушка.
– Потом попьем, – ответила Барбара под пристальным взглядом Беа.
И они вышли из полицейского участка.
– Ты меня удивила, я думала, ты шум поднимешь, – сказала Фрида, пытаясь не отставать от Барбары, которая широким шагом шла по улице.
– Фрида, заткнись, – страдальчески откликнулась та.
– Ты дружила с этой женщиной? – спросила Фрида.
– Нет, мы просто ходили в одну школу, и все.
– Но она, кажется, хорошо тебя знает. – До Фриды никак не доходила суть ситуации.
– Да, мы учились вместе, но я не хочу об этом говорить.
– Я бы скорее ожидала, что она не откажется нам помочь, по старой-то дружбе, – размышляла Фрида. – Она вполне могла ради нас немножко поступиться правилами.
– Ну да, ожидай дальше, – вяло откликнулась Барбара, не замедляя шага.
