– Мне кажется, надо было хотя бы кофе выпить, как она предлагала, – сказала Фрида, по-прежнему семеня, чтобы поспеть за Барбарой.
– Ох, хватит уже, давай в каком-нибудь другом месте кофе попьем. – Барбара была все еще погружена в свои мысли.
– Барбара, пожалуйста, ты не могла бы чуточку помедленнее идти?
– Господи, Фрида! Как мы найдем маму, если будем плестись как черепахи? – рявкнула Барбара.
– Ну и куда теперь пойдем искать? – Фрида всплеснула руками. – Я устала, и у меня идей никаких нет.
Фрида потихоньку заводилась, и это было совершенно не в ее характере.
Барбара остановилась. Вот сейчас ей влетит, уверилась Фрида, и от этой мысли втянула голову в плечи, как маленькая девочка. Фрида никогда не повышала голос на Барбару. Да и кто бы осмелился? Но сегодня, кажется, Барбара перешла все границы.
– Подожди, где это мы? – сказала Барбара, оборачиваясь и оглядывая улицу.
Фрида тоже остановилась и огляделась. Какой-то захудалый район, намного запущеннее, чем ее привычное место обитания, и улица заметно грязнее, чем те, по которым ей обычно приходилось ходить.
– Ты не смотрела, где мы идем? – спросила Барбара.
– Я за тобой пыталась угнаться! – отрезала Фрида, вспыхивая и впервые в жизни не заботясь о том, как бы не рассердить Барбару. – Чудесно, теперь мы заблудились! Правильно, только этого не хватало!
Фриду охватил страх.
– Как мы могли заблудиться, мы же всего пару кварталов прошли? – допытывалась Барбара. – Фрида, ты тут рядом живешь, уже больше десяти лет. Ты что, вообще никуда не ходишь?
– Я что, похожа на человека, который куда-то ходит? – Фрида сердито уперла кулаки в пышные бедра.
Она осмотрелась, пытаясь зацепиться взглядом хоть за что-то знакомое.
– Даже если и так! Когда ты проезжала мимо, ты что, ни разу из окна не выглянула за все это время?
– Когда я езжу на автобусе, я не гляжу в окно, я смотрю за своей сумкой. Да что ты об этом знаешь – ты же живешь в пригороде. Кстати говоря, если уж ты такая умная и прожила здесь всю жизнь, почему это вдруг ты не знаешь, где мы оказались?
– Ты сама сказала. Я живу не в центре. – Барбара горделиво подняла голову и поправила золотые цепочки. – Я живу в Мейн-Лайн.
– Ну, тогда, может, тебе нужно чаще выбираться в люди, – в сердцах бросила Фрида.
– Мне – выбираться чаще? – взвизгнула Барбара. – Что за чушь?!
– Может, если бы ты не бежала так быстро, я бы могла понять, куда мы идем. Я же просила тебя сбавить темп, Барбара!
– Ах, я быстро хожу? Фрида, ты такая медлительная, мы, наверное, раз десять уже маму упустили.
И тут терпение Фриды лопнуло. Давай, разозли Барбару. Доведи ее до белого каления. Выведи ее из себя. Приведи. Ее. В бешенство.
– Слушай, ты! – выкрикнула она, наставив на Барбару указательный палец. – Ты мне надоела! Я пятьдесят пять лет терплю твое нытье, и оно у меня уже в печенках сидит! Твоя мать, наверное, уже дома, пьет чай с булочками, и вот там-то я и должна быть! С меня хватит, Барбара. Дудки. Я иду домой!
– Я? Да ты на себя посмотри! – взвилась Барбара. – Ты всю жизнь только и делаешь, что прячешься в раковину, как улитка, которая и носа не высунет, потому что слишком боится на что-нибудь пожаловаться! И ты такая скупердяйка. Господи, Фрида, я бы не удивилась, если бы оказалось, что у тебя на счету в банке пять миллионов долларов!
Всего два миллиона, мысленно поправила Фрида, а вслух крикнула:
– И знаешь что? Я не собираюсь больше сидеть в этой раковине. Отныне я буду говорить все как на духу и начну прямо сейчас. Не знаю, Барбара, что там тебя гложет всю жизнь, но что бы оно ни было – сделай уже с этим что-нибудь!
– Поверь мне, уже сделала! – рявкнула Барбара.
– Отлично! – парировала Фрида.
– Отлично! – отрезала Барбара.
И в тот же миг почувствовала, как что-то уперлось ей в поясницу.
– Давай сюда драгоценности, – произнес чей-то голос.
Фрида похолодела. Она уставилась на мужчину, возникшего за спиной Барбары. Что-то в его глазах подсказало ей, что у него было тяжелое детство и шутить с ним не стоит.
– Прошу прощения? – спокойно ответила Барбара, как будто всего лишь ослышалась и не поняла указаний.
Ей раньше никогда не приставляли к спине оружие, но лучше было считать, что это именно оно.
– Давай сюда драгоценности, – повторил низкий голос.
– Отдай этому человеку драгоценности! – проскулила Фрида, вся дрожа.
Барбара принялась снимать золотые цепочки. Она передала их человеку, которого не видела.
– И кольца, – глухо сказал он.
– Кольца, Барбара, отдай ему кольца! – выдохнула Фрида.
Она как-то смотрела выпуск «Шоу Опры Уинфри», в котором приглашенный эксперт советовал отдавать уличным грабителям все, что бы те ни попросили. Не надо лезть на рожон. Жизнь дороже.
– Может, вам и мое кольцо нужно? – предложила Фрида, стягивая украшение с пальца.
Мужчина бросил взгляд на тусклое колечко с мутным камнем.
– Колец полной дамы достаточно, – сказал он, продолжая прижимать оружие к спине Барбары.
Ее сердце упало. Ну почему, почему всегда всплывала тема ее веса? Почему он не мог просто сказать: «Достаточно колец той дамы, что помоложе»?
– Отдай ему кольца! – Фрида перешла на крик.
